Полуварвар

Зато хоть моему голубоглазому и рыжеволосому компаньону можно было многое поставить в вину, он никогда не отказывался встать со мной плечом к плечу против кого-то другого. Полукровка и недоассон были пожалуй одними из самых слабых слов, которыми меня порой награждали чужие дети, а конфликт в таких случаях быстро переходил в горячую фазу с разбитыми носами, подбитыми глазами, а порой и переломами. Малолетки вообще по своей природе жестоки и безбашенны, а уж в средневековье подавно, так что за оскорбления я бил в ответ от души.

Это было единственным способом не превратиться в парию, всё таки добрый кулак все уважают. Ну а я уважал брата за его верность семье даже в моём лице, хотя наедине этот мелкий засранец всегда мог доставить мне проблем.

Путь до посёлка на берегу фьорда был не так чтобы близким, просто так идти было довольно скучно, а после поражения брат не отличался разговорчивостью. Зато мне ещё с прошлой жизни было известно, что песня нам строить и жить помогает, так что через несколько минут неловкого молчания я затянул:

-По тропинке лесной, походкой прямой

Он шёл не спеша с углём за спиной

Завтрак был давно, не скоро обед

Он каждый здесь знал, обратно дороги уж нет.

..

-Альвгейр заткнись, а? Из ледяного тролля лучший скальд, чем из тебя - проворчал Тормод.

-Ничего, Тилль Серебряный язык тоже не родился, а стал великим скальдом - отозвался я, радуясь что "молотоголовый" как обычно не смог долго молчать.

-Не говори глупостей, с талантом либо рождаются, либо нет.

И ты с ним не родился. Не говоря уже о том, что кто-то тут учится у старика Гринольва волшебе, а не пению - хохотнул он.

-Херня - не согласился я, применив «взрослое» слово в речи - Всё в себе можно развить, талантливых всегда превосходят усердные. К тому же Гринольв мои попытки весьма одобряет, в музыке и песнях своя магия, пусть и не такая как в заклинаниях, что южные маги любят произносить вслух.

-Он просто слишком добр к тебе - буркнул брат.

-Я первый за долгие годы, кто дал ему правильный ответ на главный вопрос - улыбнулся я.

К Гринольву, «Зелёному Волку», я первый раз пришёл, когда мне было меньше семи лет. Старик был таким же членом семьи, как и остальные, приходясь мне пра-пра-прадедом. Ну а ещё крайне авторитетным человеком, годи, то есть волшебником и прорицателем, долгожителем и жрецом Одина по совместительству. Не плэйбой, миллиардер и филантроп, но в местных реалиях это даже круче.