Кион-Тократ

К тому моменту несколько карателей также погибли, в том числе и старший их группы. Агно, как недавний победитель турнира Белой Цапли, который получил звание Лорда Войны, был автоматически назначен новым лидером. И он принял решение.

— Решение? — с удивлением спросил студент. — Разве они не должны были в таком случае возвратиться в Орден?

— Должны. Но Агно поступил иначе. Он с остатком своего отряда проник в Белый Крондор, затем разыскал особняк архиепископа Террановы. После чего они уничтожили внутри всю охрану, состоявшую из Коричневых Черепов.

Это специальные войска, весьма распространённые в Золотых Королевствах, наряду с мамелюками. Их частенько использовали для охраны калифов и важных деятелей, в то время, как мамелюки были пушечным мясом на поле боя. Если сравнивать их когорты, то у первых, например, численность едва достигала шестидесяти человек. А у вторых…

— Я знаю, кто такие черепа и мамелюки, — нетерпеливо воскликнул Артур. — Пожалуйста, учитель, не отвлекайтесь на лекции.

Тарчет от неожиданности рассмеялся.

— Да-да, совсем забыл, какой ты умник. Хорошо, Агно Серканис с остальными карателями вырезал всю когорту черепов, после чего собственноручно прирезал Амира Терранову, его детей, и вообще всех живых в доме по улице Святого Бахтияра. Я слышал, даже детишек прислуги, которая обслуживала Его Святейшество. Вот так и случилось. Каратели, видевшие тогда твоего наставника в действии, сначала за глаза, затем прилюдно, начали называть его Свирепым. А вскоре это прозвище окончательно приклеилось к нему.

Теперь ты доволен?

Артур покачал головой. Он не мог поверить своим ушам. Как же так? Всё это время наставник притворялся? Обманывал своего ученика! Делал вид, что ненавидит нравы Кион-Тократ, а сам творил жуткие вещи, о которых Токра спустя годы говорят с восхищением.

Артур закрыл глаза, пытаясь собрать остатки разума. Он не знал, что и думать. Поверить учителю — значит признать чудовищную ложь, которой его питали с детства. Ложь циничную и жестокую. Пережить её можно только одним способом — измениться самому в худшую сторону.

— Я не верю вам, — прошептал студент, на секунду превратившись в маленького мальчика. — Наставник не мог убить невинных! Тем более, детей.

— Послушай меня, малыш, — взорвался внезапно Тарчет. — Твоё право верить во что угодно. Однако хочу сказать, мне надоело слушать твои слезливые стоны на тему наставника. Я не стоял над ним со свечкой, и лично ничего такого не видел. Ты спросил, я всего лишь ответил.