Кион-Тократ

Они перекрыли все ключевые проходы, чтобы не пустить нас  дальше Грота Каменного Ручья — это последняя из пещер Тракта Ярости. По этой причине мы утратили доступ к нашим Полянам, что сильно усложнило ситуацию с мутагенами. Магистры не хотят вступать с эльфами в затяжную войну, поскольку она неизбежно ослабит нас, что недопустимо сейчас для Кион-Тократ. Однако есть вероятность, что драуги устанут постоянно караулить нас и уберутся восвояси, в своё логово.

— И вы послали наставника, чтобы он разведал регион, в надежде, что эльфы ушли?

— Именно, — кивнул мастер.

— Когда он должен вернуться?

— Если честно, его уже доставили в Айбэш-Хаурум.

— Что значит «доставили»? — Артур почувствовал холодок в области груди. — Что с ним произошло? Он жив?

— Возьми себя в руки, Смилодон! — рявкнул Осирис. — Хватит разыгрывать из себя слюнтяя.

— Что случилось? — опасным голосом повторил юноша.

— Агно попал в засаду. Драуги оказались более хитрыми, чем мы полагали. Вместо одного блокпоста, они укрыли в пещере несколько.

Лицо Артура посерело.

— К чему вы клоните? — закусывая губу до крови, спросил он.

— Твой наставник… Агно Серканис… погиб смертью храбрых. Сейчас его тело находится в морге. Рабы готовят его к погребению.

Артур закрыл глаза и уши руками, отказываясь верить словам Осириса.

— Нет, — прошептал он сквозь слёзы, — Этого не может быть. Вы лжёте.

— Такова судьба воина — жить и умереть в битве. И это славная судьба, — мастер повысил голос, а затем с неожиданным участием произнёс, — успокойся, дитя.

— Легче, — окрысился Артур. — Я не желаю, чтобы мне стало легче. Эта боль безмерна, в ней заключается моя расплата за то, что я не сумел быть рядом с ним до самого конца.

Юноша повернулся и бросился бежать.

— Смилодон, вернись! — крикнул Осирис. — Что ты собираешься делать, глупец? 

Артур на секунду остановился, чтобы бросить через плечо всего одно слово:

— Убивать!

— Я запрещаю тебе.

Артур проигнорировал приказ мастера, скрывшись в одном из коридоров Цитадели Молний.

***

Двери морга распахнулись, и фераши испуганно попятились от тела, накрытого тканью.

— Прочь от него, — страшный голос заставил рабов вжаться в стены.

Артур вошёл в зал в полном боевом облачении, перепоясанный двумя нагрудными ремнями с метательными стилетами.