Кион-Тократ

— Итак, Марко, расскажи нам, что ты видел в ту ночь, когда ваш отряд атаковал лагерь мятежников, — приказал лорд Сальвос.

Студент кивнул:

— Наша группа довольно быстро разметала внешнюю оборону противника. Мы продолжили сражение уже в лагере, но не придерживались какой-то определённой стратегии. Каждый сам искал для себя сражений и… развлечений. Я обнаружил группу из пяти вражеских солдат и сразу же атаковал их. Троих убил на месте, — в голосе студента проскользнули хвастливые нотки, от которых магистры поморщились, — а оставшиеся бросились бежать.

— Что странное? — не вытерпел Осирис.

— Я увидел, как кто-то из магов напал на Лорда Войны. Да-да, это был Смилодон, сомнений нет. Уже потом я разглядел, что маг — это тот несносный адепт, которого звали... Кажется, Джун.

— Юлиус Джун, — добавил Кицум. — Ну что, Зерат, тебя не убедили слова свидетеля?

— В чём убедили? — насмешливо спросил лорд. — Пока что, я услышал одно — ваш адепт напал на моего домочадца.

Взгляды заседателей снова вернулись к студенту, и тот, запинаясь, сообщил:

— Честно говоря, я не знаю.

— Почему?

— Я продолжил преследование мятежников, и забыл о поединке между Смилодоном и магом. Охотник хотел убивать, и я не мог ему противиться.

— Сейчас я здесь кого-то убью, — раздосадованно прошипел Кицум.

— И это всё, что тебе известно, Марко? — поспешно спросил лорд Сальвос, отвлекая внимание магистра от одного из своих лучших студентов.

— Д-да, — побледнел Токра, — то есть, нет.

— Что это значит?

— Я, как бы, видел ещё кое-что, но уже потом, когда убил своих беглецов и возвращался обратно. Там лежали два трупа, а возле них стояли двое — Смилодон и другой шандикорец, завоевавший звание Осушителя. Как же его...

Студент старательно напряг лоб, всем своим видом показывая серьёзный мыслительный процесс.

— Не напрягайся, дружок. Его зовут Граникус, — фыркнул Осирис, и тут же изумленно всплеснул руками.

Студент пожал плечами.

— Ничего особенного они не делали. Просто разговаривали. Что было потом, не знаю. Я пошёл к центру лагеря. Надеялся найти там ещё несколько мятежников, а то уж очень быстро закончилось сражение.

— Ясно, — сухо сказал Кицум. — Можешь идти, каратель. И лучше не распространяйся о нашей беседе. Лучше для тебя.