Кион-Тократ

В том числе, и последнюю войну с драури.

Мы живём в опасное время, в котором очень важно уметь быстро реагировать на изменения, происходящие в мире. Усиление Золотых Королевств, возросшая власть Чёрной Церкви, интриги Шаал-Дуран. Всё это не может оставить нас равнодушными. Вот почему магистры решили, если отряд хорошо зарекомендует себя в Марадоне, мы постараемся оставить его на постоянной основе, оплачивая, естественно, каждому Дому за его участие.

— Хорошо, — кивнул Зерат. — В принципе, я согласен. Правда, хотелось бы уточнить, почему третья поправка? Ведь мы можем набрать отряд из опытных воинов? Зачем рисковать студентами, которые даже не прошли период Становления?

Ответил Садомиус:

— В этом и суть.

Лучшие студенты Ордена смогут получить практический опыт ещё до того, как закончат своё обучение. Это сделает их сильнее. А в чём дело, Зерат, боишься за своего протеже?

— Не понимаю, о чём ты.

— Я говорю о мальчике по имени Смилодон. Познакомился с ним на днях. Весьма интересный парнишка. Естественно, Лорд Войны не сможет избежать попадания в отряд карателей, если мы утвердим поправку.

Зерат пожал плечами:

— Честно говоря, я уже устал от этого разговора. Если Диртанис не против, давайте закроем этот вопрос и разойдёмся по своим делам.

— Я только за, — ответил вентарец. — Лишний сундук дублонов мне никогда не помешает.

Кицум, победно улыбаясь, переглянулся с главой Мазадорга.

— Вот и отлично, — воскликнул Сальвос, сияя, словно начищенный медяк.

***

С той ночи, когда Артур впервые появился в Айбэш-Зу, прошло несколько месяцев.

За это время он увидел множество странных вещей, таких как оживление трупов с целью их превращения в гулей, или препарирование гигантских червей-убийц, родом из болот Тарака. Однако всё это было ничем, по сравнению с предстоящей встречей, назначенной недавно магистром Садомиусом.

Этим утром в комнату Смилодона зашел фераши, чтобы передать ему приглашение мага. И если в прошлый раз студент испытывал в основном любопытство, то теперь к этому чувству в изрядной степени примешалась тревога.

Ведь он, Артур Смилодон, сам того не желая, оказался причастен к тайне, цену которой невозможно даже определить.

Лето в долине уже заявило о своих правах и обещало быть жарче обычного. Воздух прокалился настолько, что не спасала никакая тень. С окрестных гор постоянно текли ручьи, подняв уровень воды в Акатоне и прибавив к жаре сумасшедшую влажность, как в тропических джунглях Лимпотики. Занятия в этот день закончились раньше обычного.