Чёрный хребет. Книга 3

Но как тут соберёшься, когда ты даже головой вертишь с трудом, а запас кислорода ограничен только тем, что есть в лёгких. Задерживаю дыхание... лёгкие начинают трястись, требуя новой порции воздуха. Чувствую себя будто под водой, за тем лишь исключением, что вода эта – чёрная и плотная.

Неизвестно, как глубоко я лежу, но судя по отсутствию возможности пошевелиться – достаточно далеко от поверхности. Двойник не стал присыпать меня землёй у поверхности, он выкопал яму побольше. Не поленился же, подонок.

Надо выбираться наверх, рыть тоннель подобно кроту.

Со всех сил пытаюсь сдвинуть руки – это получается лишь отчасти. Пусть двойник меня и прикопал, но не стал трамбовать землю после каждого слоя. Почва не самая рыхлая, но и не твёрдая как камень.

Стараюсь выгнуться всем телом, растолкать землю вокруг и сделать этим некий пространственный карман, чтобы можно было перевернуться в удобную позу. С трудом, что-то получается, теперь я даже могу поднести руки к груди.

«Молодец, красачик, а теперь копай вверх», – говорю сам себе.

Я воодушевлён.

У меня всё получается.

И в этот момент воздух с шумом выходит из лёгких: никогда не умел надолго задерживать дыхание. Лёгкие с жадностью вдыхают воздух, в котором остаётся всё меньше кислорода. Чувствую себя утопающим, только вместо воды вдыхаю всё больше углекислого газа.

А углекислый газ – совсем не кислород. И даже не азот.

Это маленький, злобный говнюк, который хочет выбить из тебя всё дерьмо.

В воздухе, которым человек дышит, четыре части азота и одна кислорода.

И совсем немного остального. Мы привычны к этим двум газам, они не доставляют нам неудобств. Если человека посадить в герметичную камеру с чистым азотом, он просто потеряет сознание, а затем умрёт. Спокойно и безболезненно.

Но погрузи его в камеру с углекислым газом – получишь удушье.

Именно то, что происходит со мной прямо сейчас.

Чувствую как лёгкие загребают воздух, в тщетной попытке найти хоть немного кислорода. Я их не контролирую – они действуют сами по себе, примерно так руки хватаются за перила, если подняться на большую высоту.

В такие моменты инстинкты берут верх над волей, сознание отступает на второй план и ты больше не разумный организм, а древняя рептилия, в отчаянии бьющаяся за жизнь.

Ощущение такое, будто я пробежал десять километров. Ужасная, мучительная одышка, тошнит, хочется кашлять и хрипеть. Лёгкие бьются в агонии.

Но я не умру. Спасибо красной жемчужине – это состояние может длиться вечно.

«Копай!» – говорю сам себе.