Чёрный хребет. Книга 3

Выдавливаю себе в рот немного молока – всего пару глотков. Вот и все мои калории на сегодня. Пью чистую, но при этом не самую свежую воду из корыта для животных, следом подношу Хума, чтобы и он утолил жажду. Посмотрите на меня: герой деревни и спаситель сотни жизней.

Засыпаю в сарае и жду следующего дня, чтобы начать планомерную войну по уничтожению моего врата.

Глава 8

Марли у Грисель оказалась на удивление любвеобильной, как и она сама. Всю ночь животное тыкалась мордой мне в спину и очень норовила вылизать мои волосы.

Пришлось отойти подальше от скотины, чтобы она не мешала мне спать.

Но в целом ночь прошла без происшествий. В этом мире после захода солнца ничего не происходит: никто не дрифтует на парковке, не слушает музыку из магнитофона, не орёт и не признаётся в любви под окнами, если это не всеобщий праздник, конечно.

Чтобы чем-то заниматься ночью, нужно заранее заготовить факелы, а это дело – далеко не самое лёгкое. Нужно собрать паклю, древесную смолу, всё это правильно изготовить, чтобы он не сгорал за несколько минут.

Так и получается, что с наступлением ночи все идут спать – слишком много мороки для простого безделья. Даже если задержишься на улице, то в полночь с трудом дойдёшь до дома.

– Доброе утро, – говорю.

– Кушать подано, – отвечает Хума.

Теперь это её ежеутренний ритуал – требовать от меня еду. Едва светлеть начало, а мыши уже надо поесть. Делает вид, будто вот-вот упадёт в голодный обморок, хотя весь день вчера перехватывала жуков.

– Потерпи, подруга. Сначала мне нужно раздобыть одежду и помыться, прежде чем мы займёмся тобой.

– Кушать подано, – с надеждой повторяет летучая мышь.

Её челюсть не шевелится, когда она имитирует звуки: просто открывает рот и оттуда доносятся человеческие голоса. Выглядит странно и немного пугающе.

– Ты ещё успеешь поесть, – говорю. – Всю ночь ждала, подождёшь ещё часик.

Хума ползает по мне и смотрит по сторонам, выискивая поблизости жуков, гусениц или мелких грызунов.

Понимаю, трудно бороться с желаниями, когда это твоё единственное желание в жизни.

Пока Хума не встретит другую летучую мышь и они не захотят свить семейное гнёздышко, перевёрнутое вниз головой, её единственным интересом будет оставаться еда.

– Прости, – говорю. – Ты не леди из замка, а я не твой дворецкий, чтобы приносить тебе жуков на серебряном подносе. Хочешь жить рядом с нами, научись учитывать интересы окружающих.

– Убирайся! – выкрикивает летучая мышь на всю округу.

Похоже, это её выражение недовольства.