Чёрный хребет. Книга 3

– Ничего бы этого не случилось, если бы ты не убежал и нам не пришлось разыскивать тебя по всему хребту.

Мы уже час сидим в пещере и препираемся, на ком лежит вина за наше заточение. Я говорю, что Буга, он говорит, что моя. Бросаем её друг другу как грязную тряпку и никто не хочет оставить её у себя. На самом деле здесь нет ничьей вины: всего лишь стечение обстоятельств. Каждый думал, что действует правильно и в итоге мы оказались здесь.

Уже час раз за разом осматриваю стены, пол, но ничего примечательного не вижу.

– Эй! – кричит Буг. – Мы здесь!

– Ребята нас не услышат, – говорю. – Иструс поднял нас слишком высоко, они никогда не смогут забраться на эту скалу.

– И что ты предлагаешь? Сидеть тут и ничего не делать?

– Нужно выбираться самостоятельно.

Надо мной – узкий просвет неба. Нужно попытаться вылезть на поверхность тем же путём, каким мы сюда попали. Проблема в том, что упавшие брёвна забаррикадировали выход и человек нашего размера не сможет проникнуть сквозь щели.

– Хума, – говорю.

Летучая мышь смотрит на меня вопросительно. Повторяю ей свой приказ, используя жесты. Почему-то мне кажется, что она меня понимает, но улетать не хочет.

– Лети, – говорю. – Нам с Бугом нужна твоя помощь.

– Держись, – пищит Хума. – Я близко.

С помощью белой жемчужины я могу чувствовать взгляды не только людей, но и животных. Хума смотрит на меня с жалостью. Конечно, я ведь не такой маленький, как она. У меня нет крыльев, чтобы улететь отсюда.

– Пожалуйста, улетай, – говорю. – Ты же знаешь, что так нужно. Найди Вардиса.

– Я быстрее не могу! – кричит летучая мышь.

И улетает вверх.

Неизвестно, сколько времени Хуме понадобится, чтобы найти друзей. И сможет ли она вообще их найти: иструс унёс нас достаточно далеко от места, где меня подобрал. Нельзя рассчитывать на постороннюю помощь. В данной ситуации у нас есть только наши силы.

Делаю глубокий вдох, закрываю глаза.

Выдыхаю после небольшой паузы.

Моя собственная медитация, которой я всегда пользуюсь, когда нужно охладить голову и взглянуть на происходящее здраво.

– А теперь, – говорю. – Подчинись.

Поднимаю руку вверх и делаю жест, будто хватаю одно из брёвен. Оно застряло между скалами, трясётся, дрожит, но двигаться с места не хочет.