Чёрный хребет. Книга 3

Двух стариков приносят на руках, один энергично топает по улице, словно невероятно счастлив проснуться так рано.

Двигаемся вперёд. Не представляю, что из этого выйдет.

Входим в здание для переговоров и видим на этот раз три кресла старейшин: Стауг забрался на своё место и весело машет нам рукой. Диддел бессмысленно смотрит в потолок. Тайлин спит. Три человека, управляющих деревней, но при этом позабывших собственные имена.

На этот раз обстановка ещё более мрачная, чем вчера.

Больше всего удовольствия получают люди из Дигора.

Они выглядят так, будто позвали старшего брата разобраться со школьным задирой, что годами приставал к ним и не давал прохода.

– Чего вы такие хмурые? – спрашивает Хуберт с лёгкой улыбкой. – Мы всего лишь пришли поубивать немного ваших людей. Подумаешь, событие.

– Не надо злорадствовать, – говорю.

– Совет собран, – произносит Зитрус, злобно буравя меня взглядом. – Говорите, что хотели.

Мы совсем ему не нравимся, но поделать с этим он ничего не может.

Мужчина лишь продолжает смотреть исподлобья и татуировка змеи на его лысой макушке очень недобро покачивается в такт его движениям.

– Мы пришли задать вам тот же вопрос, ради которого приходили вчера, – говорю. – Мы представляем собой армию трёх деревень, объединённую общей целью – прекращения насилия и создание в этой части мира безопасной обстановки для всех. Либо вы складываете оружие и добровольно принимаете наши условия, либо мы нападём и навяжем их силой.

Стою в своей части круглого здания, жду ответа.

Зитрус и остальные находятся с другой и тоже ждут непонятно чего.

Лишь три старика покоятся в креслах, не в силах понять суть происходящего. Они и в нашем мире были бы очень, очень глубоко пожилыми, а здесь они стары до неприличия. Удивительно, как они вообще дожили до своей возраста, когда случайный вирус может выкосить половину населения. Должно быть, у каждого из них по-настоящему бычье здоровье.

– Передай это вашим старейшинам, – говорю.

Зитрус осматривается, явно не понимая, к кому из них обращаться.

Наконец, он опускается возле Стауга, который покачивается на своём кресле с широчайшей улыбкой.

– Стауг, – произносит Зитрус. – Эти люди пришли спросить, готовы ли мы сдаться или будем сражаться с ними.

Старик поворачивается к нему и смотрит с воодушевлением: наверняка думает, что ему предлагают завтрак. Аж просиял весь. Поверить не могу, что судьба целой деревни зависит от этого человека.