Михаил Освобожденный. Том II

Рассказала, что убила примерно под сотню людей и нелюдей, и убьет еще. Начала рассказывать про специфику отличия вкуса людского мяса и нелюдского, но тут и у Душелова нервы не выдержали. Он принялся заливать все, что во фляге оставалось. Постепенно так, мстительно.

Домовой еще на меня в процессе глянул, а я одобрительно кивнул.

Пусть льет.

Иначе и быть не могло. Это какая-то супер-тварь. И меня ходока проняло.

С них всех пол меры пыли насобирал.

Домовые разведкой разбежались – пару минут и Одноглазый, один из ребят, довел нас до кабинета ген-дира.

Бобыркин выбил дверь кончиком огненного хлыста. Рассек ее на половинки.

Не самый эффективный метод штурма, но определенно красочный…

Я зашел следом за ударом и «уронил» на голову сидящему старичку, с козлиной бородкой, сошествие снов.

– Преждевременно, – сказал Александр.

– Объясни…

Он обвел полки позади тела с папками документов.

– Все что ль будем с собой забирать? – задал он вполне резонный вопрос.

– Нам вообще тут ничего не надо, – предположил я.

Подошел, вытащил одну из папок, раскрыл, «пошелестел» листами.

– Почему это?

– У нас специалистов нет разбираться. Тут морока хоть что-то понять, а уж выводы сделать – забей. Это ж бумаги с цифрами сплошными…

Я передал ему папку.

– Справедливо, – вынужден он был согласиться.

Магическим зрением осмотрел генерального директора.

Странно, но это самый обычный человек.

– Душелов, нужна тройка ребят, чтоб связали и отнесли на базу…

– Надо – значит будет, – он пару жестов показал, и тройка бойцов скоропостижно унесла пленника.

Подошел к сейфу – осмотрел в магическом зрении. И осторожно, обложившись щитами, открыл.

Ничего.

Только деньги.

Посчитал. В пачке – сотня рублей. Десять пачек.

Тысяча.

Перекинул деньги в руки Кузьмичу. Ох и рад старина оказался; чуть ли слюнями не захлебнулся… А глазки то – сразу как у пьяного.

– Уже на премию отработали, пацаны, – сказал домовым Кузьмич, а потом на меня в выжидании посмотрел.

А я чего?

Я кивнул.

Действительно, ведь отработали.

Одноглазый провел нас в складскую-гаражную зону, причем через второй этаж. Мы тихонько прокрались к парапету и стали свидетелями интересной картины.

Пара чертей, женщина в черном вечернем платье, два десятка людей-не-людей, что внимательно ее слушали. И всякое ритуальное – неприятное.

– Это тетя Сандра, – тревожно прошептал Бобыркин.

Взгляд у него наполовину испуганный, наполовину бешенный.

Не определился пока парень…

– А она кто? – кивнул в ее сторону.