Страж Тысячемирья

Имплант сразу зафиксировал карту в памяти, и привязываясь к видимым ориентирам и рельефу, выдавал достаточно точное местоположение. Благодаря этому Владимир не вступал в бой с разной мелочью, а сразу проскочил за третью линию, где уже не встречались вольные старатели, а лишь крупные охотничьи группы.

Здесь уже можно было поискать «Камни хаоса» стоившие вполне приличных денег, и «Теневые кристаллы» стоившие уже совсем неприлично. Ну и вершина добычи – кристаллы нитрилла, из которого делалось всё.

У Владимира не имелось воздушной разведки, но на своём багги он достаточно легко заезжал на вершины холмов, откуда в мощную оптику осматривал окрестности, помечая на виртуальной карте интересные места.

Здесь, между третьей, «опасной» и четвёртой «особо опасной» линией, как раз находился переходный рубеж от просто жёсткой истории, к полной жести, когда по степи носились кучи изменённых и хаотических тварей, и такие же твари носились в воздухе, правда к счастью невысоко.

Не увидев ничего интересного в бинокль, Владимир съехал с увала, и поддав газу понёсся к следующему.

Сразу вслед багги кинулась стая гигантских крысособак, но быстро отстали, и взметая кучи камней, машина, ревя двигателем, влетела на плоскую вершину холма возвышавшегося на двести метров над степью.

А внизу, под холмом, стоял десяток машин лагерем. И такие же как у него багги, и мощные трёхосные грузовики, и даже бронированная машина типа бронетранспортёра. Всё в лагере носили обычную для старателей одежду из толстой кожи, и лишь один щеголял в чём-то вроде комбинезона камуфляжной расцветки. Чуть в стороне от костра, на двух деревьях висел распятый обнажённый мужчина, и камуфляжный как раз втыкал в него нож, от чего пленник орал во всё горло.

Но рёв машины Соколова уже заметили, как и его самого, и пара вездеходов резко развернувшись, погнали куда-то в сторону, видимо собираясь добраться до ненужного свидетеля.