Эй ты, бастард! Том II

Она медленно таяла, лишённая поддержки живого носителя. Но я на всякий случай дал Виталию совет:

— Поменяй одежду и прими душ. Тот, кого ты убил, носил на себе проклятую энергию. Она может быть для тебя не очень полезна.

Он напрягся.

— Я что, превращусь в одну из этих тварей?

— Не похоже, но на всякий случай избавься.

Виталий хмуро кивнул и ускорил шаг.

В конце коридора, куда мы двигались, спорили две группы людей.

С одной стороны аристократы строгого вида. На их клинках ещё краснели остатки не стёртой до конца крови.

— У вас нет права мешать нам охранять адмирала, — сказал один из контрразведчиков. Я узнал его — это был тот самый, кто встречал нас с пленниками, после возвращения из рейда по пиратским лагерям.

— Мы и сами с этим справимся, — ответил ему один из аристократов. — Господин Косаткин — глава нашего клана, поэтому его безопасность — это наша зона ответственности.

— Я настаиваю, именем имперского закона!

— Господин Косаткин сейчас нуждается в покое, а его можем обеспечить лишь мы.

— У нас приказ главы ДКРУ! Не подчиняясь ему, вы выступаете против самого императора!

Тут в разговор вмешался я. — Прикрываться Его Величеством — кощунство. По какой правовой норме вы требуете, чтобы вас пустили к раненому адмиралу?

ДКРУшник взглянул на меня с недовольством, но когда узнал, вовсе рассвирепел и схватился за шпагу. — ТЫ! ЭТО ТВОЙ ГЕРБ БЫЛ У ВРАГОВ РОДИНЫ!

— Остынь, — флегматично велел я, проверяя его ауру.

Я прошёл мимо.

Аристократы у входа сначала встали на моём пути. Но увидев кивок от идущего рядом Виталия, разошлись в стороны.

А тот контрразведчик так ничего и не ответил. Только со смесью непонимания и гнева смотрел на то, как Виталий идёт бок о бок со мной, а аристократы пропускают вперёд.

Адмирал Косаткин выглядел лучше, чем я ожидал. Он сидел в кресле и молча смотрел вперёд, о чём-то задумавшись.

Рядом с ним суетилась женщина, чуть старше сорока. Она водила руками над его плечом, выпуская из пальцев нити зеленоватой энергии, которые сшивали повреждённую кожу.

— Кальмаров, — так поприветствовал он меня, а потом повернулся к целительнице. — Достаточно, Мила. Оставьте нас.

Женщина поклонилась ему и вышла, оставляя нас втроём.