Самозамещение Ичиго Куросаки

— Ты смеешь использовать свои украденные способности, чтобы защитится от моего праведного гнева? Не получится, ведь не только я не оставлю попыток, но и ты не сможешь вечно удерживать блют вене без знания правильного распределения нагрузки, — явно глубоко оскорблённый Урю без промедления пустил ещё одну стрелу. — Лучше просто признай поражение и умри достойно.

— «Украденные способности? Распределение нагрузки?» — пришёл в недоумение Ичиго, когда и вторая стрела не причинила ему вреда. — «О чём он вообще болтает?»

Как бы ему не хотелось получить ответы, обстоятельства требовали отложить перед лицом проблематичного паритета, установившегося между ними.

Да, энергетические стрелы Исиды были бесполезны против Ичиго и его приёма защиты, но и сам Ичиго при всём желании не мог дотянуться до обстреливающего его Исиды из-за того, что стрелял тот с другой крыши, тогда как прорезанный сверху кокон сохранил крепкую хватку снизу, на ногах временного шинигами и бетонной пластине крыши, тем самым надёжно их сцепляя.

Блют не мог дать ему силы для победы, только защитить от проигрыша. К счастью, другая сторона Зангецу могла дать ему столько силы, сколько он был готов принять.

Во второй раз глубоко вздохнув, Ичиго Куросаки всем своим существом обратился не к знанию конкретного боевого приёма или памяти о редком моменте эмоционального просветления, а к чистому инстинкту. Тому единственному, что в каждой битве помогал ему идти вперёд и затаённо подсказывал, как правильно направить конец меча в сторону чужой шеи.

Инстинкту прирождённого убийцы.

Потребовалось совсем жалкое количество времени для получения ответного отклика. В конце концов, сейчас был самый разгар боя, который пробуждал хищнические аспекты его личности ничуть не хуже праздничной готовки Юзу.

— «Вызывать меня только ради того, чтобы избавится от вязкой жижи? Король, ты оскорбляешь меня ущемленьем нашего общего достоинства», — пренебрежительно раздалось металлическое эхо по ту сторону прикрытых век.

— «За такое можно и поплатится. Жизнью».

— «Наше общее достоинство пострадает куда больше, если я навечно здесь застряну. Походу, ты обленился, раз не хочешь как можно быстрее ринуться в атаку, как обычно сметая все преграды на своём пути. Плачевно, но у меня есть способы выбраться и другим образом, без твоих натужных одолжений», — проигнорировав открытую угрозу, Ичиго в свою очередь тоже решил не скрывать свою провокацию.