RWBY: С Чистого Листа

Те же Великая война и революция фавнов… Мой босс считает, что в этом виноваты не только люди, но и эти гаденыши.

— И причем здесь я?

— Профессиональные убийцы есть и среди нас, но они личности штучные, и либо обитают за чертой закона и не могут быть привлечены никак, либо же принадлежат к конторам, которые лучше оставить в неведении во избежание неприятных вопросов. Да и утечки информации никто не отменял. Плюс они больше по тайным операциям. Ты же… Штурмовик-многостаночник, к тому же очень слабо соотносящийся с любой структурой.

— И ради чего мне пытаться рвать жопу?

— Хотя бы ради того, чтобы в один не самый лучший день королевства не оказались сметены полчищами гримм, атаковавшими в самый неудобный момент, устроенный «кротами». Если уйдешь — никто и слова не скажет против. Вот только сможешь ли ты жить с осознанием того, что не сделал ничего, когда был шанс?

Слова Бранвена всколыхнули начавшие истаивать воспоминания о собственном прошлом.

Полет «Ковчега» и его роль безмолвного наблюдателя за медленной агонией оставленных без плантов людей пусть и не являлся в кошмарах, но до сих пор давил на него не хуже многотонных каменных плит.

Он рискнул сделать хоть что-то лишь через восемь месяцев бездействия, и то — после отвлекающего маневра.

И теперь прошлое грозит повториться вновь, пусть и в весьма изощренной, новой форме. И он может это предотвратить. Или нет.

— Предположим, мне интересно ваше предложение.

Кроу криво ухмыльнулся.

— Кто про что, а наемник — про награду.

— Я не собираюсь за спасибо рисковать своей шкурой, встревая непонятно во что. Итак?

— У нас обязательно найдется то, что может заинтересовать тебя.

Штурм: Часть первая

Что такое армия Атласа? Самая многочисленная группировка разумных, существующая для защиты своей родины от гримм и от тех, на кого укажет начальство. Это профессиональная подготовка и умение вести бой в любых условиях.

А еще — до черта всякой техники, самые суровые условия дислоцирования, уйма секретов разной степени важности.

Представителей этой братии Ник не слишком любил. Частично из-за неприятных ассоциаций с «Оком Михаила», частично — из-за их отношения к его персоне. И, тем не менее, волей судьбы он нарвался на близкое знакомство с этой организацией. Причём — в качестве вольнонаемного специалиста для спецопераций.