Поступь крови. Перерождение

Они пока не догадываются, что энергетический запас ограничен, как и применение заклинаний. Ничего — выяснят опытным путём. Но сейчас они не понимали, почему магия внезапно их предала. Куликов так вообще чуть в истерику не впал, повторяя возмущённым тоном:

— Мухлюете! Нечестно! Пожалуюсь в Министерство образования!

Я защищал Женю и Диму от нападений големов. И чем меньше других абитуриентов оставалось, тем сложнее приходилось. Мне нужно уничтожить максимальное количество големов, пока они отвлекаются на других людей.

Раз! Я крутанулся и сделал подсечку голему, который подкрался к Жене. Два! Я подпрыгнул и приземлился обеими ногами ему на грудь. Три! Я врезался в голема, который подобрался к Диме из-под земли.

Нельзя допустить, чтобы Женя или Дима выбыли. Не в моих интересах. Их отправят в “допросные”, и директор с помощничками плодотворно с ними побеседуют. Дети — самый податливый материал, из них удобнее всего вылепить нужную форму. В прошлой жизни меня защитил влиятельный Род — если бы не семейный юрист, я бы стал псом Императора — одним из тысячи, — а не Кровавым Генералом.

Мне важно, чтобы Женя и Дима были моими воинами. Особенно Дима…

— А что, всех уже забрали? — спросил Дима, испуганно оглядываясь.

Словно отвечая на его вопрос, голос с потолка объявил:

— Двадцать три голема. Трое испытуемых.

— Ого, Руслан, ты убил десятерых? — восхищённо протянул Дима.

— Шестерых, — поправил я. — Четверых убил Женя.

— Крутой супергерой! — Дима с восторгом ударил кулаком воздух. Но его радость не продлилась долго.

Големы сужали круг. Скоро за их спинами нельзя было рассмотреть стен спортзала, выкрашенных в голубой цвет. Дима вздохнул и обречённо пробормотал: — Но мы всё равно проиграем.

— Это мы ещё посмотрим, — усмехнулся я и резко стартанул. Места для разгона было мало, но хватило, чтобы взбежать на “забор” из големов. В детстве мне нравились фильмы про мастеров боевых искусств — особенно моменты, где они за счёт инерции бегали по стенам.

Я повторил подсмотренный приём, ускорился, и благодаря этому не свалился на пол, как мешок с навозом, а помчался дальше.

Мои стопы врезались в грудные клетки големов. Бах! Бах! Бах! Каменные чудища были тупыми и неповоротливыми, слабенькими нулёвками, — они не успевали меня поймать. А я разгонялся. И каждый мой шаг дробил их каменные тела.

Поднялась пыль, закрывая обзор. Я спрыгнул, пробежал пару шагов и остановился. Пыль медленно осела. Вокруг нас валялись массивные булыжники.

— Ноль големов.