Темный Свет

Еженедельное совещание с наставниками затянулось из-за недовольного историка, у которого снова сократили часы обучения, зато увеличили количество запретных тем.

Аббат Доминик Хофер хотел уже закончить совещание, превратившееся в пустую говорильню, и немного отдохнуть перед длительной поездкой, но мастер по оружию попросил его задержаться и поговорить наедине. Поэтому после короткого взмаха рукой и пожелания всем успехов, вздохнувшие с облегчением учителя резко поспешили на выход.

- Отец Доминик, я давно хотел поговорить с вами на счет Дэниела, - рыцарь недовольно покосился на настоятеля Игнатия даже не подумавшего покидать кабинет.

- Сэр Лотар, вы привязались к определенному ученику? – удивленно спросил аббат.

- Я здесь для того, чтобы подготовить будущих рыцарей и паладинов Ордена. Ваша позиция мешает выполнению данной задачи.

- Мой ответ… нет! Причина вас не касается. Считайте это моим прямым приказом и впредь занимайтесь только боевой подготовкой! А теперь, если это все, о чем вы хотели поговорить со мной, сэр Лотар, можете быть свободны.

- Вас понял! – резко развернулся побелевший от злости рыцарь.

Подождав, пока за мастером по оружию закроется дверь аббат повернулся к своему заместителю, изучающему инсигнии «забытых» рыцарских и монашеских орденов.

- Как же трудно работать вместе с дуболомами! Интересно, кому в голову пришла «умная» мысль отправить к нам такого чистюлю, как Лотар. Откуда, вообще, он взялся?! Слишком хорош для обычного рыцаря… если, конечно, он не из бывших гвардейцев Папы. Три года пытаюсь найти любую информацию про Лотара. Полная тишина. Никаких упоминаний в архивах Конклава, ни среди списков рыцарских орденов.

- Могу предположить, что нашего заказчика в первую очередь интересовали боевые навыки и способности к наставничеству, а не личные качества сэра Лотара, - смиренно произнес настоятель Игнатий.

Трудно было узнать в благочестивом заместителе аббата того жуткого преподавателя, что до дрожи пугал всех курсантов гимназии Святого Якова. Доминик Хофнер и сам побаивался своего главного помощника, навязанного ему год назад кардиналом Маурини.

- Впрочем, не имеет значения, кто он такой.