Демон и Кикимора

Независимо от этого, все реагировали одинаково эмоционально, бросали вопросы и ехидные замечания, мешавшие командиру группы рассказать о боевой задаче. Насколько я слышал, после общей накачки летающих технарей и радистов утаскивали на отдельный инструктаж, но тут слово взял тип из контрразведки. Окинул всепроникающим взглядом, говорящим: «Подлецы! Всех вас насквозь вижу!», потом задвинул речугу о диверсиях. Мол, не хотят отдельные американские граждане выполнить священный долг перед Родиной и выполнить двадцать пять боевых вылетов.

- Слетай с нами. Повезёт, это будет сразу последний, - сквозь зубы проскрипел Дон. Но тихо, чтоб майор не услышал.

Я подумал, что сам был бы полезнее всем не за штурвалом правого пилота, а в качестве визитёра к королеве нечисти. С той оговоркой, что командировка к ней может оказаться сложнее налёта на Вильгельмсхафен.

За размышлениями едва не пропустил финальную и самую неприятную часть инструктажа. Эскадрилья Хардинга идёт замыкающей в строю из ста двенадцати «крепостей». То есть, если появятся истребители, а они точно появятся, мы будем первой и самой лакомой добычей. Не знаю, что ангел Юра и прочие небожители заготовили для меня в этой миссии, а они не показали мне карту с целью и маршрутом из красной нитки, но шанс, что миссия прервётся в течение ближайших суток, до неприличия велик.

Конечно, могли не лететь. Самось доложил: повреждён привод тормоза на стойке правого шасси. Стоило бы отрапортовать Хардингу, что «Кикимора» нуждается в ремонте. Но… мы переглянулись с Михаилом и ребятами, решив без обсуждения – идём к чёрту в пасть. Франек справился за полчаса, как раз туман начал рассеиваться, видимость с расстояния плевка увеличилась до двух десятков шагов.

- Хорошо, что они – тупые! – гордо заявил Самось, невольно пародируя российского сатирика Задорнова, здесь ещё и не рождённого, и не умершего.

Я не стал огорчать парней предположением, что повреждённый тормоз – лишь для отвлечения глаз, главная пакость, не исключаю, запрятана глубже. Только поклялся себе, что если встречу Сэмюэля, не ограничусь пожиманием его плечиков, а сразу выдерну руку из плеча как морковку из грядки.