Узор праны

Свати, с ее короткими черными волосами и яркими зелеными глазами, выглядела собранной, но в то же время излучала спокойствие.

Узкие улочки "проклятого квартала" встретили нас гнетущей тишиной. Обшарпанные стены домов, покрытые слоем копоти и грязи, словно впитали в себя страх и отчаяние местных жителей. Редкие прохожие спешили по своим делам, бросая на нас настороженные взгляды.

Первый день прошел в напряженном ожидании. Мы патрулировали улицы, вглядываясь в каждую тень, прислушиваясь к малейшему шороху. Но Разрывы так и не появились.

Лишь изредка мы ощущали вроде бы легкое колебание праны в воздухе, но оно быстро затихало.

Второй день дежурства начался так же, как и первый. Пасмурное “небо” подчеркивало ощущение замкнутого пространства. Мы продолжали наш обход, уже более расслабленно переговариваясь между собой.

— Может, нам повезло, и все Разрывы решили взять отпуск? — пошутил Рави, поправляя свой защитный жилет.

— Не расслабляйся, — отозвался Ананд, его глаза продолжали сканировать окрестности.

— Затишье перед бурей — обычное дело в таких местах.

Свати легко коснулась моего плеча:

— Как ты, Арьян? Не нервничаешь?

Я покачал головой, пытаясь скрыть легкое волнение:

— Все в порядке. Просто... странное чувство. Будто что-то назревает.

К вечеру второго дня мы все ощущали нарастающее напряжение. Воздух, казалось, стал еще гуще, наполнившись едва уловимым гулом. Жители квартала попрятались по домам, и улицы совсем опустели.

И вот, на исходе вторых суток нашего дежурства, я почувствовал это — легкое покалывание в затылке, словно предвестник надвигающейся бури.

Я остановился, чувствуя, как по спине пробежал холодок с… искорками. Это ощущение было новым для меня, но каким-то образом я понял его значение.

— Стойте, — тихо произнес я, поднимая руку. — Кажется, скоро здесь откроется Разрыв.

Рави удивленно посмотрел на меня:

— С чего ты взял?

— Просто... чувствую, — ответил я, не зная, как объяснить это странное ощущение.

Не успел я договорить, как воздух перед нами начал искажаться.

Пространство словно пошло рябью, и через мгновение в нескольких метрах от нас возник Разрыв. Но что-то в нем было не так.

Вместо привычного хаотичного выброса энергии, этот Разрыв пульсировал, меняя свою форму. Его края были нечеткими, размытыми, а цвет — глубоким фиолетовым, почти черным. От него исходило едва заметное свечение, которое, казалось, поглощало окружающий свет.

— Что за чертовщина? — выдохнул Рави, принимая боевую стойку.