Узор праны

У меня есть легальный идентификационный номер и официальный статус пробужденного. Я даже получил свой первый ранг пранактика!

– Что? – удивленно воскликнула Лила. В её голосе смешались шок и недоверие. – Как это возможно? Арьян... то есть, Адитья, это же невероятно!

– Это еще не все, – продолжил я, чувствуя, как мое собственное возбуждение нарастает от реакции Лилы. – Я участвовал в закрытии настоящего Разрыва. Это было... невероятно. Представляешь, Лила? Настоящий Разрыв!

Я замолчал, переводя дыхание. Воспоминания о пульсирующей энергии Разрыва, о той силе, которую я ощутил, закрывая его, снова нахлынули на меня, вызывая легкое головокружение.

На несколько секунд в нашем мысленном разговоре повисла тишина. Я почти мог представить, как Лила пытается осмыслить всю информацию, которую я на неё вывалил.

– Арьян... то есть, Адитья, – наконец произнесла она, и я уловил в её голосе смесь восхищения и беспокойства. – Это просто невероятно. Но как? Как всё это произошло? Кто тебе помог?

Я глубоко вздохнул, готовясь к длинному рассказу.

– Это долгая история, Лила. Меня нашел человек по имени Викрам. Он... он пранактик высокого уровня. Он взял меня под свою опеку и помог легализоваться.

– Викрам? – переспросила Лила. – Никогда о нём не слышала. Он надежный? Ты уверен, что ему можно доверять?

Я замялся на мгновение, не зная, как лучше ответить. Правда о Викраме была сложной, и я не был уверен, стоит ли раскрывать все детали.

– Викрам... он сложный человек, Лила, – наконец ответил я, тщательно подбирая слова.

– Не совсем законных? – в голосе Лилы послышалась тревога. – Адитья, ты связался с криминалом?

Я глубоко вздохнул, понимая, что уже сказал слишком много, чтобы отступать.

– Ну, учитывая, что меня забрал Рама... Но на самом деле не совсем так, Лила. Викрам... он стоит над обычным криминалом. Он контролирует многое в этом секторе, включая некоторые банды.

– Боги, Адитья, – выдохнула Лила. – Ты понимаешь, насколько это опасно?

– Понимаю, – ответил я твердо. – Но у меня не было выбора. И пока что Викрам действительно помогает мне. Без него я бы все еще был беглецом без имени и прав.

В нашем мысленном разговоре повисла напряженная пауза. Я почти физически ощущал беспокойство Лилы.