Узор праны

В глубине сознания мелькали образы – белые стены лабораторий, мерцание голографических дисплеев, лица людей в защитных костюмах – но все это ускользало, стоило попытаться сосредоточиться на деталях.

Чувство неуверенности накатило волной, холодной и тяжелой, словно свинцовый плащ на плечах. Кто я на самом деле? Что со мной сделали в рамках этого загадочного проекта "Аватар"? И главное – зачем? Ощущение, будто я актер, забывший свою роль посреди спектакля, не отпускало. Пальцы непроизвольно сжались, и я почувствовал, как кончики наполняются знакомым покалыванием – энергия Разрыва все еще циркулировала во мне, готовая вырваться наружу.

– Манас, – тихо позвал я, и мой голос эхом разнесся в этом странном пространстве, отражаясь от невидимых стен, – а что, если... что, если мы не захотим вспоминать? Вдруг там что-то ужасное?

Повисла пауза. Серебристый туман вокруг словно сгустился, став почти осязаемым. Я мог поклясться, что слышу тихий шепот, словно тысячи голосов одновременно пытались что-то сказать, но их слова растворялись в пустоте, не достигая моего сознания.

– Я понимаю твои сомнения, Арьян, – наконец ответил Манас. Его голос, казалось, исходил отовсюду и ниоткуда одновременно, вибрируя в самом воздухе. – Но незнание не защитит нас от прошлого. Оно часть нас, хотим мы того или нет. Как река, которая всегда течет к морю, даже если ее путь извилист и полон препятствий.

Я вздохнул, чувствуя, как напряжение сковывает плечи. Попытался размять шею, но движения в этом пространстве казались замедленными, словно я двигался сквозь густой сироп.

– А если... – начал я, но вдруг заметил, что очертания окружающего пространства становятся менее четкими. Края моего поля зрения начали размываться, словно акварельная картина под дождем. Серебристое сияние, окружавшее меня, стало тускнеть, уступая место привычной реальности.

– Прости, Арьян, – голос Манаса звучал все тише, растворяясь в нарастающем гуле, напоминающем шум прибоя, – но поддерживать связь становится все сложнее.

Серебристое сияние продолжало меркнуть, словно угасающая звезда. Последнее, что я услышал перед тем, как окончательно вернуться в сознание, был шепот Манаса:

– Помни, ты не один в этом пути...

Резкий толчок вырвал меня из забытья.