Система книга 1: Восьмой уровень

— Как ни печально, но армия стала на сторону короля и церкви, так что шансов победить у нас не было. Организовав группу для охраны Соренто, остальные выжившие рыцари отправились в сторону границы с королевством Давос, дабы отвлечь основные силы на себя. 

— То есть вы и есть та самая группа, — утвердительно сказал Гордей. — Однако что-то слабоваты вы на вид. 

— Тут собраны лучшие из лучших, — возразил спокойно Водимир, после чего, указывая в сторону сидевших, продолжил: — Сэр Рольд — лучший мечник королевства, победитель последнего турнира рыцарей.

Леди Розалия — самый сильный целитель ордена Красной розы. Нольдер — победитель турнира боевых магов, участник войны с королевством Шорс, лучший маг ордена Белого единорога. Янсон фон Гунтер, представитель вольных баронств, один из самых опытных в боевом деле воинов. Прошел более сотни конфликтов и все их выиграл. 

— Ну а ты? — заинтересованно спросил старик. 

— Водимир у нас — ассасин тайной канцелярии королевства, — улыбнувшись, ответил за него Рольд.

— Именно он освободил из тюрьмы Соренто. 

— Какая интересная у вас компания, — покачав головой, произнес Гордей. — Только я не понимаю, зачем все эти маневры? Соренто, ты что, забыл, на что способен посланник? Иди с ним в столицу, да и всех делов. Зачем тебе армия, если он в одиночку всех перебьет?

— Ты забыл про баланс? — спокойно сказал монах. — Каждое действие посланника породит адекватный ответ тьмы. Даже если не учитывать мое отрицание насилия, то боюсь, за такое решение тьма утопит наше королевство в крови.

 

— Ах да, я и забыл, — презрительно фыркнул старик. — Ты же у нас ярый пацифист. Мол, жизнь каждого разумного важна для мироздания и воли богов. 

— А ты по-прежнему не понял силы прощения и отрицания насилия? — спокойно возразил монах, словно продолжая давний спор. — На все воля бога нашего, и только ему решать, кто прав, а кто виноват. Наши глаза слишком ослеплены одной из сторон и не видят всей картины мироздания.

— Ты это объясни беднякам, у которых безвинные дети мрут от голода, — беззлобно возразил старик. — Они-то в чем провинились перед богом? 

— Грех лежит не на детях, а на их родителях, — спокойно ответил монах. — Они, не подумав, предались греху похоти, а после появился на свет малец, которого они не в силах прокормить. 

— Может, еще и болезни так же объяснишь? — фыркнув, ответил Гордей.