По ту сторону призмы 1

Страж леса Таун

- Да как он вообще смеет мне угрожать? Я демонов убивала тысячами и сжигала их города, - шла и возмущённо причитала себе под нос принцесса, вспоминая свою недавнюю встречу с богом пространства Даланом.

Не стоит забывать о том, что даже такой серьёзный воин как Мия, все равно была девушкой. Неважно сколько лет она прожила и сколько битв прошла, она все равно остаётся очень ранимой и ее каждый раз глубоко задевает, когда она не может просто срубить голову этому мерзкому гаду. Смертные, даже которые достигли пика своей силы, если и захотят, то не смогут даже поцарапать бога, ведь когда человека признают как сильнейшего, и его возводят в ранг богов, то это позволяет ему получить одну из стихий, которая подходит конкретно к его характеру, а так же увеличивает в разы количество магической силы в теле и полностью перестраивает его.

- Мия не стоит злиться из-за него, когда-нибудь и ты сможешь забраться на эту вершину. Вся империя любит и ценит тебя, так что не сомневайся и паства у тебя будет сильна, - с лаской в голосе сказал мужчина, появившийся словно из ниоткуда.

Эти слова звучали из уст приемного отца юной принцессы. Он как всегда подобрался к девушке незаметно и положил свою тяжёлую ладонь на её хрупкое девичье плечо.

Император Гроцесс хоть и имел довольно внушительные габариты, но его основной силой была бесшумность и холодный расчёт, ведь не зря он провел около пяти лет ходя по пятам главы Тайной канцелярии, обучаясь его тёмному искусству.

***

Истекающий из-за ранения в глаз заяц начал также как и Вадим со временем терять сознание и решил напоследок хотя бы добить свою последнею в жизни жертву, занеся лапу для удара, монстр окончательно потерял сознание, мужчине повезло, рука исполина рухнула, не задев его.

В голове Вадима появилась интересная и очень авантюрная мысль. С таким ранением он может протянуть еще как минимум несколько часов до полной отключки и кто знает сможет ли он проснуться когда-нибудь еще, или уснёт вечным сном. Из последних сил он подполз к глазу чудища и, выдернув осколок рога, он принялся жадно свежевать свою жертву.