Последний Паладин. Том 7

Вонзившись в них словно бур, кабан неестественно ускорился и буквально разорвал острый кустарник, не оставив на себе ни единой царапины. Выбравшись оттуда, дикий зверь оказался перед холмом странной формы, который был расколот пополам и содержал в себе заваленный камнями провал.

И не медля ни секунды, кабан устремился в сторону наглухо заваленной расщелины.

Правда, как только его сверкнувшие странным сиянием клыки вгрызлись в рыхлый камень, из темноты провала в него выстрелили черные плети. Установленная мной ловушка мгновенно окутала плетьми Тьмы лапы и шею твари, подняв того в воздух.

С пронзительным поросячьим визгом тот брыкался и пытался вырваться, но не мог.

— Ну и куда ты мой целеустремленный собрался? — покачал я головой.

И едва я показался, как форма кабана поплыла в пространстве и на его месте оказался зажатый в плети бледнолицый молодой мужчина в черном капюшоне маскировочного балахона.

Мужчина без единой эмоции на лице оглядел свои связанные руки, потом ноги, после чего хмыкнул.

— Неплохо для теневика, — глядя на меня исподлобья, произнес он, и от мужчины потянуло энергией смерти.

— Осуши! — хриплым голосом раздался приказ, и мутная, ядовитая дымка стекла по телу висящего в воздухе одаренного, и под ним проявилась сотканная из чистой стихии смерти вороная лошадь.

Ощутив под задницей седло, мужчина гордо вскинул голову и взял в руки поводья призванного фамильяра.

— Ты не моя цель, теневик. Ты можешь уйти, — снисходительно произнес бледнолицый всадник.

— Ты на моей земле, кабанчик, пожалуй, я останусь, — весело ответил я.

— Что ж… да будет так, — без особых эмоций произнес мужчина и хлестнул поводьями.

Лошадь поднялась на дыбы, и топот от ее приземления выпустил волну стихийной энергии смерти, от которой вокруг завяла трава, пересохли ягоды, а в животе пронзительно заурчало.

— Ну вот что ты за человек, — осуждающе покачал я головой, — только недавно ведь позавтракал!

Увидев, что атака его фамильяра не сработала, бледнолицый нахмурился и только сейчас заметил, что мои плети все еще болтаются на его шее и конечностях.

Тот напрягся, его тело окутала стихийная дымка, а из ушей пошел пар, но чем больше он старался выбраться, тем сильнее крепли плети.

Сейчас они сдавили тело бледнолицего всадника настолько, что его руки посинели, а шея буквально хрустела от напряжения.