Кровь Дракона 2

— Но почему тогда мы просто не захватили с собой из деревни несколько пустых бурдюков? Если ты знал про плохую воду на горе и про ручей перед входом?

— Но ведь тогда мне не дали бы проверить мой способ очистки, — невинным голосом ответил Кафка.

Я почувствовал, что скриплю зубами. Но говорить что-либо сейчас было уж бесполезно. У нашего исследователя явно свои приоритеты в голове. Зря я так спокойно доверил ему подготовку к походу.

От желания придушить Кафку меня отвлекла хижина до которой мы наконец добрались. Хижина выглядела как.

.. Как хижина она выглядела. Крыша порадовала. Она была сделана из сложенных в несколько слоев камышовых матов. Такая протекать не будет. А вот размер положительных эмоций не вызвал.

Травник явно делал жилище для одного человека, а не для четверых. Спать будет тесновато. Ну да как-нибудь разместимся. Если дождя не будет, то мы с Кафкой и снаружи можем ночевать. Хотя, учитывая уже летающих вокруг нас комаров, ночлег под открытым небом привлекает так себе. А ночью ведь кровососов обычно намного больше, чем в середине дня.

Место для хижины травник выбрал на "чистом" участке под кроной высокого дерева, использовав пару нижних веток, как часть скелета конструкции.

Мы сложили свои сумки у входа и присели на лежащий рядом ствол поваленного дерева. Фрея достала полученые от Кизото рис и копченую рыбу и мы немного подкрепились. Кафка бестро доел свою порцию и встал. Ему не терпелось разведать ближайшие "плантации" своего будущего гербария. Фрея поднялась следом за ним.

То и из вечного интереса к делам алхимика, толи из деликатного желания оставить нас Аико наедине.

— Не уходите слишком далеко, — сказала Аико им вслед, —в пределах двухсот шагов здесь сравнительно безопасно, и не наступайте на учатки, покрытые серой паутиной. Чуть позже я покажу, где здесь можно ходить, а к чему лучше не приближаться.

— Хорошо, мы пока осмотрим места поблизости, — ответил Рю, беря пустую сумку и моток тонкой веревки, — и соберем образцы.

Через минуту алхимик и девочка уже скрылись за кустами.

Столько энтузиазма. Хотя думаю у них тоже ноги после дороги гудят. Путь почти все время был в верх, а последний час мы вообще на по довольно крутому склону поднимались.

Мы с Аико сидели молча. У меня был к ней миллион вопросов. Кто она? Почему начала мне помогать? Почему решилась явиться в человеческом облике, если до этого всегда оборачивалась ящерицей? Как она пережила те две стрелы, что пронзили ее грудь? А еще у меня были вопросы к самому себе.