Рейн Криг. Начало.

Сил становилось всё меньше и меньше. Скоро глядишь и из постели вылезать перестану.

Родители не на шутку всполошились. Лекари стали часто захаживать к нам в дом.

Мари и Грегори всё чаще стали ссориться, к старым причинам добавились новые.

— Ты же видишь, как ему плохо, почему ты просто не попросишь у него помощи? Ты ведь знаешь он поможет. — звонкий голос матери, едва не срывающийся в истерику. — Ведь он твой отец, неужели он не поможет внуку?

— Мари, прошу, мы уже это обсуждали. Я не буду просить помощи у отца.

— Пока ты идешь на принципы, твой сын умирает. Послушай меня, если ты не попросишь помощи у Дария, то я знаю, как помочь нашему сыну. — истерика перешла в ярость.

— Не смей! — раздался хлесткий звук пощечины, а за ним всхлипы женщины. — Прости, дорогая, но пожалуйста приди в себя. Ты не понимаешь, что говоришь.

Это был первый раз, когда отец поднял руку на мать. К сожалению, не в последний.

***

Они всё реже стали заходить ко мне.

Свой тринадцатый день рождения я встретил в одиночестве.

Как потом выяснилось, мой отец ушел в экспедицию. Всего через пару месяцев люди, с которыми он уходил, вернулись. Без отца.

Мне становилось всё хуже, уже и есть себя приходилось заставлять. Но я упорно продолжал жить, всем богам назло. Что бы не случилось, я всегда буду сопротивляться костлявой, хоть она теперь и может забрать лишь моё тело.

— Вергилий, принеси зеркало, я хочу на себя посмотреть.

— Господин, лучше не стоит. Хотите, я почитаю вам бестиарий разломных тварей? — бесит, как будто я его и так не помню наизусть.

— Вергилий…

Родители убрали зеркало давно, и я не знал, как выгляжу. Догадывался, но мне нужно было видеть. Даже тут чертово любопытство не оставило меня.

На меня смотрел в буквальном смысле сероглазый скелет. Волос на голове не было. Кожа облегала кости. Казалось, во мне не осталось и процента жира, а вместе с ним и мышц.

Чудо, что я вообще продолжал функционировать.

***

За пару месяцев до моего четырнадцатилетнего дня рождения, я перестал слышать плачь матери. Вергилий говорил, что она ходила к Дарию и тот отказал. После этого мою мать как будто подменили.

Вергилий говорит, что её поведение поменялось, она стала слишком отстранённой и пропадает днями в нашем подвале. Она отменяет даже деловые встречи, хотя всегда была очень щепетильна в вопросе ведения финансовых дел семьи.