Антимагистр Д.У.М.

Где-то здесь валяются… Найдём их, не переживай. Пошли.

Спецназ ДБ окружает меня со всех сторон, будто верные телохранители. Я наклоняюсь и подбираю белый меч. Осторожно, чтобы даже краем пальца не коснутся клинка. Рукоять-то из другого материала, фокусов можно не бояться.

Снимаю с трупа ножны, бросаю в них меч и цепляю на пояс.

Бойцы послушно ждут меня, а затем мы пробираемся через поле битвы к машинам демоноборцев.

Я зыркаю туда-сюда, надеясь разглядеть Лизу. И вот, вижу её в кустах у дороги. Лежит без сознания, лицом вниз.

— Куда? — хватают меня за руку.

— Без Караевой не поеду! Помогите её забрать.

— У нас приказ…

— Приказ своих бросить? Помоги, сказано!

— Ладно, возьмите её, — бурчит спецназовец.

Другой подходит к Лизе и забрасывает бесчувственное тело на плечо.

— Живая вроде, — говорит он. — Дышит.

Топаем дальше. Ребята из СБИ замечают нас, но не стремятся помешать. Походу, они понесли самые большие потери.

А вот агенты тайной канцелярии оказываются решительнее.

— Слушайте меня, — говорит один из них, вытирая копоть с лица. — Дмитрий Могильный арестован.

— У нас другой приказ, — бурчит боец ДБ.

— Да мне насрать! Приказы тайной канцелярии обладают большей прерогативой. Я что, должен это объяснять?! Короче — отдайте его нам. Не заставляйте применять силу.

— Пошёл ты в жопу, понял? — я оттесняю телохранителей и выхожу вперёд. — Или мне ещё раз всех тут жахнуть? Один раз вы меня уже довели.

Агенты отвечают не сразу. Некоторые из них отступают, другие тянутся за оружием.

— Ты не-магам ничего не сделаешь…

— С хрена ли ты так думаешь? Просто я решил вырубить тех, кто опасней всего. Короче, свали с дороги. Я еду с демоноборцами.

Канцеляристы продолжают мешкать. Мой блеф возымел действие. Ещё бы — после такого эффектного действа можно поверить, что я способен на многое.

И я правда способен. Надо только разобраться, как всем этим пользоваться.

— Идём, — спецназовцы ДБ решительно идут вперёд, отодвигая агентов в сторону.

— Не думай, что сможешь уйти от нас, Могильный, — доносится вслед. — От тайной канцелярии никто не уходит.

— Я к вам сам приду. Но только когда захочу, — отвечаю я.

Возле машин замечаю Садиста. Он лежит возле своего служебного внедорожника. Вся рука в крови — выглядит так, будто её собаки рвали. В окровавленных пальцах зажата рукоять револьвера.

Ох, блин. Неужто моя волна уничтожила Жеребца? Мне теперь стыдно.