Диабло для дьявола

— Ничего. Вернемся потом. Причем вместе с ней. Правда… — Он замер, словно в задумчивости. — Правда, где она сейчас?

— Точно не знаю. Но осмелюсь предположить, что недалеко от мотеля, где ночевали.

— Резонно, — согласился Центурион и вернулся к сбору трофеев.

Я тоже прошелся по трупам. Собрал плащи магов, свитки и несколько посохов. Последнее, на мой взгляд, было самым ценным. Один был с известной уже мне свирепой вьюгой. Эта магия мне понравилась, и я решил, что этот полностью заряженный посох оставлю себе.

— Хорошая эта штука, свирепая вьюга, — заметил я стихами.

— Если честно, я уж испугался, что мне не хватит свитков, но, к счастью, уложился. А у тебя, как видно, с мечом лучше получается.

Последние слова я произнес сердито, с укоризной.

— Оставь роль занудного парня для меня, — усмехнулся Центурион. Он подошел и, не утруждаясь торговым интерфейсом, скинул к моим ногам 12 свитков. — Это то, что осталось.

Я с радостью подобрал их. Посох посохом, но ведь и в нём заряды не вечные.

Наконец, мы заполнили рюкзаки под завязку, что смогли, сунули в слоты для оружия, кое-что понесли в руках.

Условно усталые, но очень довольные, вернулись в Наюк-Норд.

Астралка, облаченная в лохмотья бродяги, поджидала нас там, где мы и ожидали — возле мотеля. Стало ясно, что перерождение случается возле места последней ночевки. Потому-то смерть и не помогала Центуриону выбраться из мерзлого острова магов.

— А я была уверена, что вы переродитесь вскоре после меня, — смущенно пролепетала Астралка. — Поэтому не пошла обратно к горам.

— Вот и зря. Сколько лута там взять могла бы. — Голос Центуриона был на редкость радостным. — Ну ничего, сейчас скинем товар и вернемся.

— Предлагаю, чтобы не тратить время, оставить его в номере, — предложил я. — На всякий случай проплатим еще на сутки.

Центурион сначала хотел воспротивится, но скоро просек, что это вовсе не попытка надурить его, а банальная экономия времени. Так что мы продлили номер, выгрузились и потопали к скалам уже втроем.

Нас ждало разочарование.

Ни трупов, ни лута к нашему возвращению на поле боя уже не было. То ли коварная Игра давала лишь определенное время на сбор «урожая». То ли поработали падальщики.

Часам к шести вечера мы снова вошли в ворота Наюк-Норда. Настроение было уже не столь приподнятым, а Центурион снова принялся ворчать по каждому поводу.

— Вот. Только зря номер проплатили.

— Это сделал я, — напомнил я ему.

— А я вообще голая и ничего — не жалуюсь, — заметила Астралка.