Диабло для дьявола

Глаза ее вспыхнули на мгновение, но сразу затухли.

Она повернулась к Толяну.

— До-до-свидание, Анат-анатолий, — выдавила она и метнулась прочь, бросив перед этим на меня еще один затравленный взгляд.

Теперь наступила очередь Толяна. Я молча подошел к нему и уставился в глаза. Тот смотрел на меня со смесью удивления и восхищения. Это показалось мне странным. По-хорошему, ему бы испугаться.

— Круто ты ее, — сказал он.

«Что? Ему на Кобру пофигу, что ли?» — заплясало в голове.

Я стал смутно догадываться, что отношения Толяна с Коброй могли оказаться не совсем тем, о чем я подумал.

По крайней мере для Толяна. Может, он был вынужден иметь с ней дело? Может, как-то зависел от нее? Не оказал ли я ему услугу только что?

— А я-то всё думал, почему ты деньги не шлешь, — как ни в чем не бывало продолжил Толян. — Налом решил занести, ага? Уважуха!

Ну вот и конец тебе, урод!

Я вцепился своими клешнями в горло вконец обнаглевшего гада. С подвешенной ногой он представлял легкую добычу. И хотя руки его ухватились за мои в попытке разжать, я держал слишком крепко.

О нет! Теперь не выпущу!

Лицо его побледнело, и он начал издавать хрипы. Вероятно, поняв тщетность попыток оторвать меня от своего горла, он решил попробовать ударить. Правая рука потянулась назад, но, кажется, он стал слишком слаб. Я отчетливо увидел, как мутнеют его глаза.

«Боже! Что ж я творю-то?» — ужаснулся я.

Я попытался одернуть руки, но оказалось, что они у меня чуть ли не каменные. Судорога заставила душить своего недруга дальше.

Вот уже и хрипы прекратились… Я потянулся всем корпусом назад, чтобы ослабить нажим. Но тут уже и пальцы послушались: сначала ослабили хватку, потом отцепились окончательно.

Словно боясь, что кто-то увидит орудие моего несовершённого преступления, я спрятал руки за спину. Толян же задышал тяжело и начал приходить в себя. Взгляд его был ошарашен, но сил, очевидно, не было даже для слов.

— ОСТАВЬ! ВЕРОНИКУ! В ПОКОЕ! — прорычал я, крутанулся на месте и зашагал прочь.

Я уходил бодрым и уверенным шагом, но чем больше я отдалялся от палаты 366, тем слабее становились мои ноги.

На первом этаже, перед выходом, меня и вовсе затрясло, и я чуть не грохнулся неподалеку от знакомой полненькой медсестры.

Едва устояв, я отдышался и наконец смог взять себя в руки.

— Что-то случилось? — обеспокоилась медсестра.

— Ага.

— Он что? Опять пытался вас скинуть с лестницы? Зачем вы ходите к нему?

Я поглядел на медсестру, решительно не понимая, о чем она.