Сказание об Оками 4

Ну а то, что юмор у меня быдловатый – это издержки того, какой я уродилась, даже не тяжелого детства и отсутствующего воспитания. Ито еще как-то пытался сделать из меня приличного человека, а остальные и попыток не предпринимали.

Страна Горячих Источников мелкая. К вечеру мы ее почти целиком с юга на север пересекли. Еще пара часов хода завтра и будет граница. Остановились на ночной привал неподалеку от дороги. Место явно популярное, судя по костровищу. Но других путников сегодня не попалось. Удачно.

– Шизуне, а можно без шуток спросить? – с нетипичной для себя сегодняшней серьезностью сказала я.

– Нафига я нужна Цунаде, что она сходу меня учить согласилась и чуть ли сама не навязывалась? Она же крутая целительница, хоть и бухает. К ней в очередь желающие стать учеником выстраиваться обязаны. И тебя с нами нафига послала, хотя тобой дорожит? Че я, не вижу, чтоль?

– Широ-кун, не ломай конспирацию! – шикнула девушка.

– Да нет тут никого, я сенсорной техникой проверила. Ответь по-честному. Я вообще не вдупляю, почему ты с нами, а не своей наставницей.

Это напрягает.

– Цунаде-сама не за один день решение приняла. Она почти два месяца места себе не находила, как сначала услышала, что у нее “дочка” есть, а затем узнала, что ее самозванная дочь в разрушении Конохи обвиняется.

– Какая нафиг дочка? – опешила уже я. – Не, я помню, что так шутила. Но не два месяца назад, знаешь ли.

– Кто-то так ей про тебя сказал. Что глаза похожие и такая же неудачница. В казино вроде бы. Затем еще и Сарутоби-сама ей в письме что-то про тебя написал.

Я не читала, но, скорее всего, очень хвалил. После его послания Цунаде-сама и потащила меня в Страну Горячих Источников.

– Всё еще нифига не понимаю, но уже не так кромешно. Ладно, Мизуки-сама, этот ученик самурая всё уяснил. Широ-кун будет серьезнее на уроках. Не шевелись! Я убью эту штуку!

На плечо девушки, у самой шеи выползла здоровенная тварь, похожая на слизняка. Что-то близкое к улитке, но без раковины. И размером с ладонь.

– Не смей! Это Кацую! – воскликнула Шизуне.

Я аккуратно вернула сенбон в потайной кармашек на рукаве кимоно. От крутецких перчаток с отделениями под иглы под личиной ученика самурая пришлось отказаться.

– И что это за любонина такая, Кацую? – уточнила я.

– Добрый вечер, Оками-химе. Очень приятно с вами познакомиться, – сказал слизняк мелодичным женским голосом. Таким, из влажных мечтаний озабоченного пацанчика. Точнее “сказала”, а не “сказал”. Так будет уместнее.