Сказание об Оками 4

Звиздежь! Хатиро достаточно мне рассказал, чтобы я знала, что его рабская печать уничтожит глаз при попытке изъятия. И не позволит нагулять глазастого ребеночка на стороне без ведома основной ветви. Это что же, когда он со своей будущей женой размножаться начнет, поблизости будет кто-то из главной линии клана печати складывать? Я глупо хихикнула, представив личную жизнь запечатанных бедолаг. Не успела я с проклятой печатью порешать.

– Простите, мои слова вас веселят? – уточнил Цугио. – Продолжая тему взаимных обязательств, Хьюга надеются вернуться к вопросу вашей помолвки с чистокровным представителем основной ветви, как только ваш статус станет более определенным.

– Ага, забавные вещи говоришь, – подтвердила я. – Знаешь что…

Захотелось обложить его словесно по полной и что-нибудь сломать – результата никакого, но хоть полегчает, но шевельнулась прагматичная часть моей натуры.

– Клан мне теперь должен неустойку, знаешь ли. У меня был отличный телохранитель, а теперь нет. Передай своим старшим, что мне нужна Учиха Кикоко.

Ну, информация о ней хотя бы. Никогда не поверю, что ваши дальнозоркие ублюдки похищение шиноби в Конохе проморгали. Будет информация – вернемся к деловым отношениям.

Продала свою типа-любовь. Хотя не было любви. Все честно Хатиро сказал. Умный он у меня… был. И целоваться неплохо научился. Всё, больше никаких отношений. К биджу в зад всю эту романтику. Организм потребует и невмоготу станет – вон, Ская позову. Ему наверняка без разницы, с какой девчонкой любиться и есть ли у нее волосы.

Волочится за всеми, у кого пол подходящий. Кроме меня, но мне не очень обидно. Ему уже и Каноно врезала, и Цунаде, и Юки-сан. Последний потому, что горец к его жене попробовал подкатить, а не к самому бывшему киринину, конечно.

– Я передам ваши слова старейшинам Хьюга. Вы будете услышаны, – молодой человек мне со всей вежливостью поклонился. А ведь он даже не шиноби, какого-то торгаша ко мне прислали. Кое-кто такое и за оскорбление посчитал бы.

– Я напишу им письмо. Доставишь. И письмо сандайме.

– Как пожелаете, Оками-химе. Я все передам.

Передаст он… точно передаст, мужеложец биджев. Обида жгла меня изнутри, но я настроила себя на деловой лад. Потом кого-нибудь изобью и меня отпустит. Наверное.

– Эй, Хатиро, пошли, в последний раз писцом поработаешь. А то ваши старейшины ослепнут, глядя на мои каракули.

Мой бывший перед тем, как согласиться, дождался подтверждающего кивка от своего братца.