Апология Чистого Разума

Перед глазами витала редкая пыль, — «придворные слуги трудятся не покладая рук, тщательно выдраивая каждый угол», подумал он, — а в промежутках между окнами на мраморных пластинах стояли мутные очертания ваз. Узора или рисунка на вазах не разглядеть, но особого желания не возникало. Единственное, чего он хотел прямо сейчас — поскорее преодолеть этот жаркий коридор. Может быть, хоть в тронном зале окна будут выходить не на солнечную сторону. Как говорится в приторных бульварных романах, надежды нерушимы и заставляют нас двигаться вперёд.

«Проклятье, вся шея в мыле… — Подумал Актеон, хотя мимика лица не выражала и толики его мыслей. — Я, конечно, не прошу стройных загорелых девиц с пальмовыми веерами… — уголок рта подернулся в улыбке: — хотя это было бы как раз кстати… Но зато я искренне благодарен, что дворец не обустроили под стать антуражу “Королевства огня” с пылающими чанами на каждом углу. Вот серьезно, шли бы до конца, а не ограничивались только поганым коридором. Например, заставили бы всех достопочтенных гостей пройтись босиком по горячим углям или искупаться в кипящем масле, раз уж на то пошло.

В латах, пусть даже и легких, Актеон чувствовал, будто варится в кипятке. Он шагал строгим армейским тактом, держа под боком узорчатый шлем-колпак. Претерпевая жару, он не позволял подбородку опуститься ниже обычного. Полуприкрытые глаза смотрели чуть выше горизонта, а на завитых бровях поблескивали росинки пота.

При виде приближающегося гостя стражники в красных одеяниях приободрились и со стуком поставили глефы вертикально.

— Простите-с, но в данный момент король не принимает новой аудиенции, пока не закончит начатую, — слуга Королевской Канцелярии невольно приложил руку к втянутому животу, как всегда делал при официальном обращении.

— И как долго она уже идет? — бесцеремонно поинтересовался Актеон, вскинув бровь.

— Не могу сказать вам-с, но должен уверить, что вскоре она подойдет к концу.

Скрипучая нотка в голосе и его манер безбожно тянуть слова действовали на нервы.

— И что же, — сдержанно запротестовал Актеон, — прикажете капитану Иностранного Легиона ждать в некомфортных условиях?

Слуга встрепенулся, поправил пенсне на носу и всмотрелся в гостя. Беглый взгляд остановился на выгравированном гербе серебристого нагрудника.