Апология Чистого Разума

А после, от всей души вогнал реликтовику саблю по самую рукоять. Опять никакой крови.

К этому времени уже подоспел Зак де Сама и на мгновение остановился в дверном проеме, чтобы оценить ситуацию. Тот, кого разыскивали, уже проткнут палашом капитана насквозь. Но двое почему-то продолжали сопротивляться друг другу. Реликтовик давил на Актеона всем весом, будто лишиться руки для него — как поцарапать мизинчик. Зак застыл в нерешительности.

— И что ты встал? Помоги! — процедил Актеон.

Офицер-лекарь достал короткий кинжал и ринулся на помощь.

Отрубленная кисть на полу вдруг подозрительно дёрнулась. Она брыкнулась, словно живая. А через секунду крутанулась вокруг своей оси и, встав на пальцы, засеменила в сторону двери. Когда мимо пробегал Зак, она мертвой хваткой вцепилась в его ногу. Обескураженный компаньон жестко грохнулся об пол и, судя по хрусту, сломал нос. Кинжал со звоном упал в угол комнаты.

Безумец в сером плаще воспользовался замешательством Актеона. Он взялся за клинок палаша голыми руками и принялся вытаскивать из себя.

Со злобной усмешкой реликтовик достал клинок наружу. Лезвие оказалось абсолютно чистым и даже сверкнуло в огоньке свечи!

— Кы-кы-кы-кы-кы… — он хихикал, но звук получался такой, словно кот пытался выхаркать клубок шерсти.

Палаш растворился в ничто и материализовался снова, но уже в твердой руке Актеона. Реликтовик кинулся к ставням и ловко отворил щеколду.

Реликтовик завалился в окно и полетел вниз головой со второго этажа. На лету он получил две железные стрелы от солдат Иностранного Легиона и рухнул в трущобный мусор. Переломанные деревянные доски и палки впивались в его тело. Как бы RelictoMorten ни барахтался, но выбраться из завала не мог. Раздались бессвязные гневные вопли.

Прошло минут пять, перед тем как Актеон отдышался. Он растолкал столпотворение на первом этаже и выскочил в дверь переулка.

Вокруг дощатого мусора стояли три офицера Легиона. Они хмурыми взглядами наблюдали за брыкавшимся реликтовиком.

— Прошло пять минут, а он еще не угомонился, — мрачно пробубнил один из офицеров, Гильермо де Кайпатра, на вопрос Актеона. Он держал наготове глефу из цельного железа.