Законы Рода. Том 5

Видел пару полицейских автомобилей, которые в итоге уехали, выключив мигалки, и остановились в паре кварталов от нас. Оно и понятно: против такой оравы бойцов они даже ради банального опроса о происшествии не проберутся… А вскоре прибыло ещё три бусика с гвардейцами Волжских, вооружёнными до зубов. Тут уже и подъехавший глава полиции нашего района стушевался и решил позвонить на ночь глядя начальству.

Чуть позже белая лада с государственными номерами остановилась возле перегородивших въезд во двор пассажирских бусиков.

Из неё вышел гладко выбритый мужчина, выглядящий лет на тридцать – хотя, насколько я знаю, Александру Багратиону было уже слегка за сорок. Бойцы, предупреждённые о его визите, расступились. Тот с каждым шагом всё больше и больше хмурился, глядя на вооружение и бойцов, собравшихся на моём небольшом участке. Ещё больше он нахмурился, увидев замерших грибов-великанов, косящих под садовников. Они напялили на себя дешёвые джинсовые комбинезоны и стояли с такими же дешёвыми, но убойными молотами в руках.

— Уважаемые… — поприветствовал Багратион, пройдя в гостиную, где собрались его родители, глава рода Светловых, Архимаг тьмы Бортников, великая княжна и остальные. — Я не до конца понимаю, почему вы все собрались именно тут. И не понимаю, зачем вам такие силы… Неужели собрались войну родов устроить?

Александр взглядом указал Олегу встать, и тот поднялся. Усевшись, сонный и напряжённый, он потребовал:

— Рассказывайте, что тут у вас творится…

— Плохо, сынок, что второй человек в разведке империи не знает, что происходит, — высказался его отец и поднял чашку с чаем.

— Я знаю о прибывших в столицу многочисленных родах со всей империи. Все службы работают на максимум. Везде тишина, спокойствие и порядок… Кроме вас. И да, я слышал, что беда приключилась с имением Волжских. Нашли даже того, кто это устроил. Сейчас выясняем, кто заказчик, но, скорее всего, не найдём. Заказ он получил через анонима в сети. Но при чём тут Светловы и почему из-за ночлега надо вызывать меня, отпахавшего двадцатичасовую смену, – я не понимаю.

— То есть про избитого до полусмерти эмира Джадая из Хульма тебе не сообщили?

— Кого? — удивился Александр.

— Позвольте… — поднялся со своего места Павел Святославович, — я расскажу о случившемся, так как именно я принял решение о применении силы. Как вы знаете, на мне лежит обязанность защищать Елизавету Романову. Это клятва, данная лично её отцу.