Чёрный хребет. Книга 2

Ах ты ж сука!

Действительно опытный лучник, раз может попадать с большого расстояния, оставаясь незамеченным. Однако восхищаться его умениями почему-то не хочется.

– Эй! – кричу. – На помощь!

Это мой единственный выход: с двумя простреленными ногами нет никакого шанса добраться до лучника. Надеюсь, хоть кто-нибудь меня услышит. Ручей находится не так далеко от деревни и если громко кричать, есть шанс на спасение. Зулла упоминала, что её дом находился где-то неподалёку, поэтому чувство ностальгии может привести её сюда, на окраину.

С другой стороны, мои крики могут привлечь других фаргаровцев и тогда мне точно конец. Но что ещё остаётся?

– Помогите! – кричу со всех сил, срывая горло.

Хватаюсь за стрелу в ноге, ломаю из последних сил, сдерживаюсь, чтобы не заскулить. Как же больно! Даже слёзы на глаза наворачиваются.

– Давайте же, исцеляйтесь, – шепчу.

Однако, это так не работает. Требуются часы, чтобы раны затянулись, и за две минуты ничего не изменится.

Новая стрела ударяет в ступню, пробивает насквозь.

Камень, за которым я прячусь, слишком мал – за ним не уместишься целиком, поэтому приходится выбирать, какая часть тела останется неприкрытой. Будь в жемчужине ещё чуть-чуть жёлтого дыма, переполз бы в другое место, а так приходится сидеть здесь и надеяться, что следующая стрела не угодит в голову.

Ломаю и эту стрелу, корчась от боли.

На самом деле, я могу это пережить – скоро у лучника закончатся стрелы. Сколько их у него? Двадцать? Тридцать? Вряд ли больше пятидесяти. Пусть он хоть все потратит – мои раны затянутся.

Но стоит ему выйти из укрытия и одним фаргарским трупом будет больше.

Разумеется, если к этому моменту я смогу перемещаться хотя бы ползком.

Новая стрела ударяет в камень. Это хорошо. Камень – лучше, чем нога.

Аккуратно выглядываю из укрытия, полубоком. Будет очень неприятно, если стрела угодит в глаз. Вокруг – никого. Лучник очень осторожен – не хочет выдать своё местоположение. Пусть я и знаю примерное направление, но конкретный угол и расстояние остаются загадкой.

Из самых примечательных мест, откуда превосходно можно вести стрельбу – дерево и куст у его подножия. Лучше позиции не найти. Туда я и направлюсь, если представится возможность.

Снова прячусь за камнем и новая стрела пролетает мимо, чиркнув по колену.

– Промазал, дятел! – кричу.

Надеюсь, этим я выведу его из себя и он будет стрелять агрессивнее и менее точно.

– Где ты стрелять учился, недоумок?

Жемчужина уже наполовину восстановила жёлтый дым.