Чёрный хребет. Книга 2

Сердце бешено колотится, готово проломить грудную клетку, причём не знаю – от усталости или от паники. К чувству опасности невозможно привыкнуть. Это не прыжки с парашютом, где каждый раз чуть легче, чем в предыдущий. Собираясь сражаться с врагом, ты можешь лишиться жизни так же легко, как и отнять её, опасность никуда не исчезает.

Справа от меня бежит Вардис, Слева Брас – оба кричат. Только в этот момент я осознаю, что тоже кричу, это получается инстинктивно. Гортанный вопль, вырывающийся из лёгких сам по себе.

Впереди идёт сражение.

Фаргаровцы ощетинились стеной копий, пока гумендские дикари прут на них и пытаются достать короткими ножами. Один из дикарей лежит на земле и дико орёт, пока его со всех сторон, тыкают копьями, но убить не могут.

– Голова! – кричит кто-то.

После этого фаргаровцы начинают бить в голову гумендовца ногами и тупыми наконечниками копий, пока от черепа человека не остаётся бесформенная субстанция. Только после этого дикарь перестаёт двигаться.

Надолго ли?

Эта рана выглядит ерундой по сравнению с тем, каким был я, упав с башни в пустыне.

– Нападаем с фланга! – кричу.

В левой руке щит, в правой меч. Кулаки сжаты так сильно, что я не смог бы выронить оружие, даже если бы захотел.

Мы врываемся в толпу врагов и бьём их щитами, отчего ближайшие к нам дикари падают на землю. Я наклоняюсь и вонзаю меч в грудь худого, пятидесятилетнего мужчины со свёрнутым на бок носом.

Тогда я со всей силы опускаю меч ему на шею. Кровь алым фонтанчиком бьёт в траву, а я заношу оружие для следующего удара, а затем ещё одного. Четыре взмаха понадобилось, чтобы отделить его голову от тела.

Хватаю её и поднимаю вверх. Так дикарю понадобится гораздо больше времени, чтобы восстать из мёртвых.

В этот момент я, должно быть, выгляжу как безумец, с широко распахнутыми глазами и улыбкой, напоминающей звериный оскал.

– Рубите их на части! – кричу. – Чтобы никто не смог подняться!

Рядом со мной пробегает Буг в маске, сбивая с ног врагов и пиная тех, кто преграждает ему дорогу. Низкий, но очень плотный гумендовец, с черепом на голове вместо шлема, собирался тыкнуть его ножом в живот, но брат опускает двуручник на его плечо и рука с зажатым оружием летит на землю.