Воин Забвения. След бури

– Хорошо, – рыжеволосая не иначе переступила через себя, соглашаясь на чужие условия. – Будем дожидаться.

Она совсем оправилась от досады и снова растянула губы в улыбке. Похоже, деваться ей было некуда. Ставра на миг даже кольнуло любопытство, что такое произошло между ней и Младой, раз она пришла сюда, на постоялый двор, куда честному люду лучше не соваться. А уж родовитой девушке и подавно.

– Ты знаешь цену моих услуг? – всё так же бесцветно задал он положенный вопрос.

— Нет, но я готова её услышать, — орюмцек скользнула рукой по столу чуть дальше и почти коснулась его одетой в перчатку кисти.

Охмуряет. Хочет сбить цену или Ставр правда её привлёк? Хорошо бы, верно, смотрелась такая, как она, в постели арияш. Сразу видно, что северянка не сторонница особых принципов. Взгляд текучий, как оливковое масло, затягивает и ласкает. Обещает многое. Только вот поддайся — и получишь нож в спину. Таких Ставр видел насквозь.

— Пять сотен кун золотом, – назвал он изрядно завышенную цену.

Рыжая чуть поразмыслила.

– Сейчас заплатить не могу, – она невольно пощупала пояс, будто хотела дотронуться до кошеля, но не нашла его. – Мы можем встретиться ещё раз?

Ставр приподнял брови.

– Что ж, можно и встретиться, если не боишься.

Орюмцек поморщилась – знать, успела нажить неприятные воспоминания о пути сюда. Тогда-то, верно, и кошеля лишилась.

– Не боюсь, – она уверено кивнула. – Только почему такая высокая цена за убийство безродной девки?

– Не нравится – выход за спиной.

Ставр, скрывая раздражение, медленно отставил кружку с остатками вина подальше. Можно подумать, кто-то предлагал обсуждать цену. Не на рынке, в конце концов, из-за баранок торгуются.

– Я не против, – быстро исправилась девушка и осмелилась-таки коснуться его ладони. Накрыла своей, маленькой и горячей, и сжала, будто друга просила о безобидном одолжении.

Ставр ещё раз внимательно посмотрел в глубокие, словно омут, глаза и неспешно отодвинул руку. Всё-таки неплохо было бы… Нет, глупости. Просто долгая дорога даёт о себе знать, а тут так близко сидит холёная жена самого князя.

Князя…

Получается, правитель Кирията не устоял перед Младой? Или это только женские домыслы и ревность? Впрочем, неудивительно. Она всегда притягивала к себе. Даже когда была совсем ещё девчонкой.