Поющие во Тьме

— Я думаю, что Безликий решил приручить Чудовище Хаоса, чтобы сбросить власть магистров и единолично править всеми Домами.

— Это какой-то бред…

— Пророчество гласит, что Губитель уничтожит наш мир, поскольку такова его разрушительная природа. Но дело в том, что Зерат Ахарис явно считает себя умнее магистров…

— Хотите сказать, что этот мальчик Губитель? — голос Агно стал угрожающим.

— Возьми себя в руки, — прошипел Черник, — и говори тише. Не стоит кричать об этом на весь Орден.

Агно последовал совету учителя.

— Но вы же только что фактически обвинили Безликого в самом тяжком преступлении?

— Да, обвинил, — прорычал старик. — И если ты раскинешь мозгами, то и сам придёшь к тем же выводам.

Агно хотел возразить, сказать что-угодно, но внезапно запнулся. Затем вспомнил тираду лорда Сальво, произнесённую на Совете, и окончательно поник.

— И что теперь? Как вы распорядитесь этой информацией? Пойдёте к магам Ложи?

Старик хмуро покачал головой.

— Да успокойся ты, — ответил он. — В конце концов, кто я такой, чтобы вмешиваться в дела наших владык.

— Тогда к чему были все эти слова?

— Я должен был поделиться этим с тобой, чтобы не сойти с ума, — признался старик. — Прости, что взвалил эту тяжесть на твои плечи. Вот, что я предлагаю: сначала подождем и посмотрим, что будет дальше. Возможно, есть другое объяснение.

Агно кивнул. Он злился, и одновременно не мог злиться на старого учителя. На его месте он тоже бы искал собеседника, с которым можно было поделиться подозрениями. Черник хитро сощурился.

— Ладно, забудем об этом разговоре. Хорошего тебе дня, брат Агно.

Махнув рукой, старик вышел из комнаты. Мастер проводил его взглядом, а затем вернулся к детским кроваткам. Малыши сладко посапывали, не догадываясь о том, что скоро им придётся испытать нечто ужасное— длительный курс мутагенной адаптации. Агно приблизился к Артуру и положил ладонь на его лоб. В ту же секунду он ощутил ту самую силу, которая дремала в малыше, подобно спящему вулкану. Способности ребёнка вновь вернулись к нему, как будто никогда и не покидали.

***

Когда мастер наконец ушёл, оставляя в комнате свои мысли, ещё несколько минут в ней царила тишина, нарушаемая лишь мерным дыханием спящих детишек. Но вот в дальнем углу, за мраморной колонной, кто-то осторожно выпрямился, разминая затёкшие конечности. Тщедушный человечек подобно крысе прокрался мимо детских кроваток, испуганно сверкнул подлыми глазёнками и выскочил из комнаты.