Поющие во Тьме

— Неужели вы имеете в виду то, о чём я подумал?

— Это зависит от того, о чём ты подумал, — раздраженно фыркнул граф.

Фольтест по-старчески сощурил глаза. Ксеноф знал, что советник в последнее время плохо видит, однако тот категорически отказывался носить очки.

— Хотите убить собственного сына? — тихо спросил он.

На лице графа отразилась мука. Он сжал челюсти и кивнул с видом человека, приговорённого к казни.

— Но зачем? — Фольтест покачал головой. — Если вы так боитесь Деймоса, отдайте его Покинутым. Этот тип, назвавшийся Агно, сказал, что через год вернётся за мальчиком.

— Не думаю, — возразил граф. — Разве я не дал ему понять, что прикажу убить, если они посмеют вернуться в Тарагоф.

— Милорд, похоже вы плохо знаете этих людей. Ваша угроза для них это так, мелочь. Уверяю вас, что тот Покинутый обязательно заявится в Криниспан ровно в назначенный срок. Можете в этом не сомневаться.

— Пусть так, — упрямо процедил Ксеноф, — однако, когда я думаю об этом, у меня сжимается сердце. С какой стати я должен отдать своего сына в грязные руки этих… существ? Разве тем самым я не поспособствую сотворению ещё одного дьявольского отпрыска? И как мне потом отвечать за это перед Яматом?

— Странно, что вас это волнует, — усмехнулся советник.

— То было раньше, — отрезал Ксеноф. — Но теперь все изменилось. Уверен, если бы Эйвил не умерла, она бы поняла меня.

— А вот я не уверен, — пробормотал Фольтест.

Ксеноф сделал вид, что не услышал слова советника.

***

Прошла целая неделя, прежде чем граф решился перейти к реализации задуманного. Советник больше не пытался его отговаривать, прекрасно понимая, что переубедить того невозможно. Дождавшись ночи, Ксеноф вышел из кабинета, оставив в нём Фольтеста, и направился в северное крыло замка. Пройдя насквозь анфиладу на первом этаже, он поднялся на второй и оказался перед спальней ребёнка.

— Я сделаю это, — прошептал граф, останавливаясь перед дверью. Неуверенным движением он потрогал ножны на поясе.

Нет, прочь сомнения. Сейчас всё решится.

Граф шагнул вперёд и нащупал в темноте дверную ручку. Попробовал нажать. Оказалось заперто. Что ж, он захватил запасной ключ. Граф на ощупь вставил ключ в замочную скважину и повернул. Дверь тихо открылась. Ксеноф мысленно поблагодарил Фольтеста за то, что тот приказал год назад смазать все дверные петли.