Страж Кодекса. Книга VII

В Разломы и Эпицентры он тоже заглядывал, заработав себе имя Снежный Лев.

Далее шли братья Карамазовы Сергей и Алексей. Близнецы, сорок два года, спокойные мужчины, которых за спиной называют берсерками. Оба служат на границе с Османской Империей, отчего турки не рыпаются и сидят тише воды, ниже травы.

А вон и Некрасова Ксения Тихоновна. Единственная женщина Абсолют. Хрупкая, маленькая, с длинными чёрными волосами. Вкупе с кукольным лицом она производила впечатление эдакой модели с обложки, но это если не знать, что она - один из сильнейших Стихийников империи.

Женщина с ледяной хваткой, в прямом и переносном смыслах.

Помимо всех названых присутствовал барон Алиев, выходец с Кавказа, коренастый бородатый мужик, мышцы которого отчетливо выделялись сквозь военный китель. Рядом с ним, тоже по-военному одетый, сидел граф Аскеров. Такой же представитель тюркского народа, но в отличии от Алиева сухой и жилистый, а ещё ростом поменьше.

Оба служат на границе с Монгольским Ханством, гоняя степняков в хвост и гриву.

Поговаривают, что император Михаил, дедушка Александра, лично тренировал Аскерова и Алиева, когда те были ещё детьми. Что примечательно и дополняет эту теорию - они оба Физики, а император Михаил славился именно тем, что являлся помимо своего дара ещё и сильнейшим Физиком Империи.

Не стоит забывать про моего знакомого - Булгакова. Вон он сидит, с Некрасовой лясы точит. В Японии мы хоть и отдохнули вместе, а также пережили стычку с Ханзо, но особо не сдружились, как с тем же Демидовым. Скорее всего, дело в возрасте.

Для всех здесь находящихся я пусть и глава рода, а ещё барон, но остаюсь пацаном. Демидов в этом плане постарше будет, но тоже недалеко ушёл.

Так, с Абсолютами разобрались, остались остальные лица. Уже известный Долгов, занявший место рядом с пустующим креслом, наверху спинки которого была вырезана корона. Также здесь был Багратион, как глава Центра Охотников. Мужик заметил меня, приветливо улыбнулся и помахал рукой.

Его жест не остался без внимания, и Абсолюты один за другим начали оборачиваться.

И если на лице Добрынина, Алиева и Аскерова не дрогнул ни единый мускул, то братья-близнецы удивились, а Некрасова даже приподнялась со стула.

— С каких пор на собрания пускают детей? — скривилась она.

Я хмыкнул, а Демидов тихо, как ему казалось, засмеялся. И это взбесило дамочку ещё сильнее.

— Я сказала что-то смешное, Григорий?!

— Не обращай на неё внимания, — шепнул мне Демидов, опять же нифига не тихо. — У Ксении такое бывает.