Реванши́ст

— Да и потом, живым я буду стоить больше. Дель-Конзо хочет сам меня убить.

Великан картинно развел руками, признавая его правоту.

— Познакомь нас, Жан. Этот маленький господин меня заинтересовал и посмешил.

Гурат, которого матран назвал по-свойски Жаном, переводил взгляд с одного на другого.

— Андрэ Жуар, теперь уже бывший граф дель-Косталь, вроде как законный владелец этих земель, — старик перевел взгляд на темнокожего мужчину, его голос звучал устало, но с ноткой уважения, — А́мос Саид аль-Барей, известный также как Малыш-А́мос, и «Тот-черный-хер», .

А́мос хмыкнул, скрестив мускулистые руки на груди.

— Ты еще Черного Дьявола забыл и «Того-проклятого-черного-колдуна».

— Думал, что ты не любишь эти прозвища, — Гурат приподнял бровь, в его глазах мелькнуло удивление.

— Колдуном был мой дед, а дьяволом меня уже сто лет не зовут, но думаю, разрешу мальчонке в виде исключения. — А́мос подмигнул Андрэ. — Не много у меня графов в друзьях, так что пусть почувствует себя особенным.

— С чего ему такая честь?

— Он ещё ни разу не назвал меня сволочью или черномазым, а это весьма редкая доброта в последнее время.

Он громогласно рассмеялся.

Андрэ нервно сглотнул, его глаза расширились от удивления.

— А мы друзья? — с недоверием произнес он.

— О-о-о-о, — матран произнес это с широкой улыбкой, обнажая зубы, — лучшие. Как говорится, друг моего друга — мой друг. — он кивнул в сторону Гурата, — А с этим старым ублюдком уже почти полвека знакомы. И скажу вам так, милорд, мы связаны не хуже двух половинок одной весьма страшной задницы.

Он повернулся к старику и серьезно велел:

— Расскажи ему про меня побольше, Жан, пусть перестанет уже меня бояться.

В ответ Гурат указал на потертый деревянный стул.

— Сядь, — Андрэ подчинился, ощущая, как колени еще дрожат. — Амос — друг друзей. В крупные дела он не лезет, в основном держится в тени…

— Мне это вообще не сложно, — улыбка черного великана стала еще шире, — глаза и пасть закрыл, и все — даже кошка меня в темной комнате не увидит, а уж вы, беляки, и подавно.

Андрэ почувствовал, как напряжение постепенно начинает отпускать его. Он осторожно поднял взгляд на А́моса, пытаясь увидеть в нем не страшного матрана из детских сказок, а человека, которому, похоже, очень сильно доверял Жан.

— Но это далеко не все, что умею. Я, скажем так, не обделен художественным талантом и сделал вам фиктивную подорожную, — А́мос достал из внутреннего кармана жилета сложенный пергамент и с гордостью продемонстрировал его.