Эй ты, бастард!

Чем плотнее материя, тем сложнее ему было через неё пробираться.

Внутри переходной было несколько коридоров. Самый главный вёл к высокой стене, на которой была нарисован круг со множеством мистических символов.

Рядом, оперевшись на ружьё, клевал носом молодой солдат.

Интересно, а получится ли увидеть больше через Зырика?

Истинное Виденье.

Зырик дёрнулся, но сразу же весело завертелся от новых ощущений. Его почти по-детски радовало всё незнакомое.

Да, Виденье работало. А каждый из символов на стене обладал уникальной энергетической аурой.

Но кое-чего понять я не мог.

Переход должен был работать, потому что ни один из процессов в круге не переставал действовать. Между символами спокойно циркулировала энергия.

Разве что аура понемногу менялась, со светлых на темные оттенки.

Надо было взглянуть поближе, а ещё лучше — пощупать.

Но сначала, доложить во Владивосток. Я отошёл в отдалённую часть казармы и выпустил щупальца своего Дара, чтобы прощупать точку для создания прорыва, но…

Нигде не было даже намёка на неё.

Тогда я воспользовался Виденьем. Ничего.

Посмотрел во все окна и вышел прогуляться по внутреннему двору заставы. Но только убедился, что в этой части Изнанки не было точки, через которую можно было бы попасть на Лицевой мир.

Так что Переход оставался нашим единственным шансом на спасение выживших.

Тогда я вернулся в казармы и вышел оттуда через окно, выходящее на пустующий задний двор.

Скрытно добрался до переходной, которую охраняли двое.

Оно и понятно, снаружи прохлада и свежий воздух. Да и мимо могли другие бойцы пройти или вовсе офицеры. А внутри уютная полутьма и полное одиночество.

Я вышел к ним с лёгкой улыбкой и непринуждённо двинулся внутрь.

Как и ожидалось, они скрестили передо мной штыки.

— Не велено, ваше… — один из солдат пытался рассмотреть мой перстень, чтобы знать, как обращаться. Но то ли не распознавал рисунок, то ли не знал, какой статус у Кальмаровых.

— Сиятельство, — помог я ему. — Кальмаров.

Он поднял вверх брови. — Так они же…

Другой боец, более серьёзный, умудрился ткнуть его в бок через весь проход.

— Не велено никого пускать, ваше сиятельство. Вне зависимости от должности, статуса и звания, если на то не будет личного распоряжения коменданта — господина Фрунзе.

— Понимаю, — кивнул я. — Я как раз от него, должен проверить работу перехода.

— Нас не оповестили, — нахмурился один из них.