Эй ты, бастард!

— Поэтому тебя держали отдельно?

— Да, господин, — он поднял на меня взгляд серых, цвета стали, глаз. — Позвольте мне уйти и принять смерть в этих землях, чтобы не стать причиной чужих несчастий.

— Кто он? — к нам подошёл Виталий.

— Странный пленник пиратов. Он точно несёт в себе болезнь, но не поддаётся ей, — я задумчиво взялся за подбородок.

— Тогда отправим его к целителям, пусть лечат, — решительно сказал Виталий и добавил: — Пленники рассказали, что пираты разбежались, как только их вожак не вернулся.

— Как они поняли, что на лагерь напали? Кто-то пришёл сюда? — спросил Хельг.

— Если позволите сказать, господа, то я помогу вам, — вмешался пленник. — Я слышал разговоры преступников. Переход, который они использовали, мог передавать сигналы. Возможно, они предупредили своих именно так.

— Возможно, — пригладил бороду Виталий. — Мы видели, как Переход мигал. Назови своё имя.

— Моё русское имя — Елисей, господин, — он вновь исполнил свой необычный поклон.

— Отставить суицидальные разговоры! — рявкнул Виталий. — Дайте ему воды и накормите вместе с остальными. Сегодня все пострадавшие отправятся в безопасное место.

— Слушаюсь, господин. В таком случае, я благодарю вас от всего сердца, — с улыбкой поклонился он снова.

— Только в колени мне не упади! — рассмеялся Виталий.

Я и Хельг тоже ухмыльнулись.

В лагере не было почти ничего полезного, кроме горстки растительных и пары животных макров. Все первого-второго уровня. Сплошная мелочь.

Зато земли вокруг лагеря застелил знакомый туман.

Туманная долина. Её какая-то горная часть.

Отходить на поиски сбежавших бандитов мы не стали. Слишком много времени бы на это ушло, а смысла немного — их все равно, скорее всего, сожрут твари или выследят охотники.

Так что мы собрали все документы, припасы и макры, а потом ушли за Переход на Лицевой мир. А потом и обесточили сам Переход, подкорректировав одну из магических печатей на нём.

Все преступники оказались заперты на Изнанке, без возможности выбраться. По крайней мере в этой точке.

Бывшие пленники, как голодные щенки, ели выданные им армейские пайки и запечёного кабана, которого нашли на вертеле пиратского лагеря.