Эй ты, бастард!

— Отлично! Тогда вы знаете, что мы должны как можно скорее решить проблему. Детали становится уже сложно скрывать от общественности, прикрываясь прорывами из Изнанки на морских путях.

— Я хочу десять тысяч рублей за этот рейд, плюс две тысячи за каждого убитого мной мегалодона.

Губернатор резко остановился, посмотрев на меня обескураженным взглядом.

— Сударь, вы рассуждаете не как аристократ и патриот, а как, да простят меня предки, капиталист!

— Как иначе я могу рассуждать, когда мой род по уши в долгах и вы угрожаете мне выселением моих родных из дома? А вдобавок и лишением статуса клана.

— Угрожаю? Ни в коем случае! — он поднял вверх толстый, как сарделька, палец. — Лишь предупреждаю о последствиях.

— Вот-вот. Кроме выплат я требую заморозить начисление процентов по долгу и обеспечить бронь на владение островом, а также статус моего клана. Вы же не хотите, чтобы капиталисты отняли у верного клана Империи их дом?

Он поджал губы. — Ну конечно же не хочу! Однако стоит понимать, что я не в праве распоряжаться чужими долгами.

— Конечно, вы же не Его Величество, — пожал я плечами. — Как бы вы не решили, я думаю, что чем сильнее затянется ситуация с мегалодонами, тем больше Владивосток потеряет денег. И это будут не десятки и даже не сотни тысяч.

Губернатор вздохнул и покачал головой. — Вы извините меня, сударь, но в вас видно отсутствие отцовского воспитания. Александр, да упокоят предки его душу, никогда бы не стал требовать что-то за возможность исполнить свой долг.

Ну-ну, именно в ходе его управления Кальмаровы этот долг и получили.

Точнее, из-за того, что после его исчезновения активы рода не были как следует защищены, а бизнес-процессы стабильны.

— Эх, сразу виден отпечаток американского менталитета! — не унимался губернатор.

Тут я усмехнулся сразу. Если бы он знал, как там действительно делаются дела, то взял бы пару приёмов на собственное вооружение.

Особенно касающиеся связей с мафией, которыми там было пропитано практически всё.

— Выбор за вами, губернатор. Ах да, и выполните последнюю волю моего отца, указанную в письме. Иначе мне придётся отправиться прямиком в столицу и добиваться аудиенции у императора.

Тут усмехнулся уже он.

— Ох, сударь. Вы, конечно, можете попытаться. Но этот процесс растянется на очень долгий срок. А за признание вас главой рода Кальмаровых вы не переживайте, я всё устрою. Мы с Александром ведь были друзьями.

Вот брехло.