Я все еще не князь. Книга XV

Да тут даже Трубецкой со своим недавним дружком Баскаковым мелькал!

Что ж, приятно. После такого коротенького поздравления и вручения поистине ценного подарка, мы вернулись на свои места и вечеринка продолжилась.

– Эх, а я и забыл, каково это ходить на дискотеки, – садясь рядом со мной, заявил раскрасневшийся директор.

– Алексей Максимович, а когда вы вообще в последний раз были на подобных мероприятиях? – ухмыльнулся Кутузов.

– Ох, давненько! Последний раз… Ай, даже и не вспомнить… с супругой в парке, когда выступал какой-то артист… – задумался Горький.

– А кто вам подсказал такую идею? – спросил я, намекая на группу. Вряд ли директор сам был в курсе, что модно у молодежи.

– А, так это Белозеров… – махнул он на преподавателя. И тот покраснел от смущения.

А дальше было, как и на всех банкетах и тусовках. Студенты ходили, общались между собой, кто-то танцевал.

Я же пошел к ребятам.

– Ну что, чемпион! – расплылся в улыбке Дима. – Можно тебя наконец лично поздравить!

И крепко обняв, похлопал меня по спине.

– Да тут уже очередь к Кузнецову!

Даже Вика на удивление не ворчала. Она также подошла и аккуратно поцеловала в щеку. То же самое сделала Виолетта и Аня.

А парни крепко пожали руки и так же обняли. Арнольд вообще чуть ребра не сломал. Спасибо защите внутренних доспехов, которая работала на пассиве.

Так же все поздравляли Машу с помолвкой. Точнее пока только с предложением руки и сердца. Ее подружки с потока обступили ее в несколько кругов и закидывали вопросами.

Краем глаза я заметил, что Трубецкой совсем не разговаривал. Видимо, отцовский побег из рук Первого отдела сильно на нем сказался. Но тут полностью виноват Трубецкой-старший. Зачем связываться с приспешниками хаоса? Спокойно бы подсылал наемников, или свои армии, и никто бы ничего не сказал.

Хотя что-то мне подсказывало, он и сам не знал. Но это не мои проблемы.

В какой-то момент ко мне подошел адмирал Нахимов и попросил отойти в сторонку.

– Миша, прости, что дергаю в такой неподходящий момент, – произнес он. – Но Света…

– Да, Петр Борисович, я слышал, что со Светой, – кивнул я. – Позвольте мне завтра утром ее навестить?

– Разумеется, – ответил он и попробовал улыбнуться. Не той дежурной улыбкой, которую он сохранял на публике, а искренне. Но глаза выдавали боль.

– Жалко мужика, – сказала Лора. – Завтра соберу данные.