Восхождение князя вампиров

И никаких подсказок в вампирской памяти.

Максимилиан никогда и не воспринимал всерьез вампирские законы. Он делал все, что хотел, и единственный закон, которому он следовал – это данное им слово. Ну ладно, еще он был гостеприимным, если настроение позволяло.

Стоит ли мне самому вникнуть в вопросы законодательства? Если остальные вампиры такие же по силе, как и этот граф, то как будто в этом и нет нужды. Кто сильный – тот и прав, как говорится, а кто слабее – тот вынужден подстраиваться под сильного.

Тогда стоит поставить вопрос иначе.

Пока я не стану сильнее, чем все вампирское сообщество разом, мне стоит хотя бы ознакомиться с правилами, которым следуют местные аристократы.

Влад что-то про совет говорил. Может, им запрос отправить? Мол, такой-то и такой-то, проснулся от векового сна. Не затруднит ли вас посвятить меня в актуальную политическую ситуацию.

Какие же интересные мысли приходят за едой. Особенно если она такая вкусная и питательная. Я чувствовал, как с каждым глотком меня переполняют новые волны силы.

Пока я поглощал кровь поверженного графа, его слуги стояли в стороне и дрожали от страха.

Они не напали на меня, когда я убил их хозяина, и не разлетелись в разные стороны, хотя буквально обрели свободу.

Нетопыри стояли вокруг и внимательно следили за каждым моим движением, словно чего-то ждали.

Едва я сделал последний глоток трофейной крови, как мое тело скрутило в три погибели от острой боли.

Глава 9

– Срань господня, что происходит?!

От приступа острой боли, схватившей мой живот, я аж согнулся пополам. Желудок болезненно гудел и урчал, а его содержимое уверенно и неумолимо рвалось наружу. Мне казалось, что еще немного – и меня разорвет на тысячу маленьких вампирских лордиков.

Выпитая мной кровь графа взбунтовалась и отказывалась добровольно усваиваться. Сам вампир, конечно, был уже мертв, но его звериная сущность все еще была жива.

Дикий дух метался в моем теле, как запертый в клетке зверь. По моему опыту, на такой дебош был не способен даже крайне просроченный йогурт.

Но поддаваться я не собирался. Добыче не положено рваться наружу, когда ее уже съели. Черта с два я сейчас сыграю в графа Блеванье.

Урок, который я усвоил еще с общаги: думать надо прежде, чем ешь, а когда съел – уже не думаешь, а превозмогаешь.