Чёрному коту повезет

— Кхм, хотел спросить, а разве тебе не вредит солнце? Ты же вампир.

— Нет, Санура защищается от него так же, как и от влияния этого мира.

Кривой тротуар, требующий немедленного ремонта вывел нас на магазин одежды. Скромный, не то что ИрФе князя Юсупова.

«ТриКотаЖ» — гласила вывеска. И вот буква Ж выглядела как переплетение трёх кошачьих хвостов.

Тут все на кошках помешаны что ли? Впрочем, чего удивляться, это же владения Чернокотовых. Когда-то Горелово должно быть процветало, отголоски былого лоска ещё не потускнели окончательно.

Мы пошли дальше. Вернее только я, ибо Санура то и дело останавливалась, прилипая носом к витринам. Девушки с Изнанки ничем не отличаются от девушек с Лица. Да и в Эндерале они были такими же. Девчонка — в любом мире остаётся девчонкой. Красивые шмотки, блестяшки, вкусняшки… и прочие ужасы для мужского кошелька.

— Блин, спросить бы у кого где можно макрами закупиться, — жуя булку высказал мысли вслух, — а то народ будто исчез с улиц.

— Спроси у кота начальник, — донеслось из моей тени, — вон, прямо между зданиями.

Да ладно? Я что, теперь со всеми кошками разговаривать умею?

— Эй, кися, — я сел на корточки, протянув остатки булки с мясной начинкой, — привет! Поможешь мне? Я в долгу не останусь.

Котей подошёл, понюхал еду, потом сделал лёгкий кусь:

— Спасибо! Но я не кися, я Аристарх. — промяукал кот.

Черт! Он реально меня понимает! Хах. Надо поспешить с вопросами, пока его Санура не спугнула.

— Аристарх, знаешь где здесь можно закупиться магическими кристаллами?

— В Ноктюрне. Это соседний квартал, — кот указал лапой, — не пропустите.

Я поблагодарил, оставляя коту в награду кусок пирожка и окликнув Сануру, пошел в указанном направлении.

Магическая лавка «Ноктюрн». На вывеске чёрный кот с фиолетовой пентаграммой на лбу. А под ним красовалась табличка:

«Не упустите! Только сегодня эксклюзивные макры! Цена ниже рыночной! При покупке от двух штук действует скидка!»

Я говорил, что девчонки везде одинаковые? Забудьте.

Я зашёл внутрь, а следом моя ненаглядная Нура. Дверные колокольчики прозвенели, заставляя тем самым хозяина лавки вернуться к прилавку.

— Доброе утро, молодой человек. Я вас внимательно слушаю, — хозяин азиатской наружности, лет тридцати, широко улыбнулся и облокотился на прилавок, — поторопитесь, выбирайте! Осталось всего-ничего. Цены такие, что вы не покупаете у Сина.