Кречетов, ты не наследник! Том 4

— У нас Владислав из Новгорода, — добавил Харгрим, наблюдая за мной. — Они должны бояться нас.

Я глубоко вдохнул и посмотрел на дорогу, которая была едва различима в темноте. Мы находились в джунглях, и дорога, которую мы расчистили, всё ещё выглядела зловеще.

Вдруг я увидел высокую фигуру в доспехах, которая приближалась к нашему лагерю. Человек появился из ниоткуда, но двигался быстро. Его подбитые сапоги стучали по земле, как при марше. На нём был зловещий чёрный шлем с прорезями для глаз.

Глава 7 Видения императора

Вдруг я увидел высокую фигуру в доспехах. На его кирасе были следы ударов. Щит, копье и меч находились за спиной.

— Хвала Скверне, — выдохнул Харгрим. До этого момента нашему путешествию ничто не мешало. — Это имперский воин.

— Откуда, чёрт возьми, ты знаешь? — прохрипел я, глядя на внушительного воина, который подошёл к нам и остановился, чтобы осмотреть наш лагерь.

— Кажется, я знаю доспехи, — пробормотал Харгрим со странным благоговением.

— Это хорошо? — спросил я уголком рта и шагнул вперёд, чтобы поприветствовать вновь прибывшего.

— Это стальной Эгил Махтар, — ответил Харгрим и сделал шаг назад. — Ни одно из его оружий и доспехов не пережило Первую эпоху, за исключением меча Королевы.

Я облизал пересохшие губы и посмотрел на молчаливого воина.

— Друг, — дипломатично начал я, но он потянулся за спину и вытащил копье.

— Ты стоишь на земле Империи, — объявил он на старом наречии. Я краем глаза заметил, как Дана потянулась за своим луком. Филимон также незаметно пнул ногой отрубленную голову, чтобы скрыть её. — Ты, как и остальные, так и кочевники, сюда не допускаются.

— Мы исследователи, — быстро сказал я с улыбкой на губах.

— Убийство наших на территории Империи является тяжким преступлением, — продолжил воин, не обращая внимания на мои слова.

— Он был убийцей, — сказал Филимон и подошёл ко мне.

— Даёшь слово? Кто дал тебе право быть палачом?

— Я член Гильдии, — объяснил Филимон.

— Это делает тебя убийцей и обманщиком по профессии.

— Это ученик Завесы Преисподней, — ответил Филимон с гримасой.

— Я нахожу твою попытку уклониться жалкой, — увещевал его воин. — Твоя маскировка отвратительна. От тебя разит рабством.