Кречетов, ты не наследник! Том 4

— О, подожди, она даже глазом не моргнула при виде этого хаоса.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, прищурившись.

Матвей огляделся по сторонам. Остальные спали по другую сторону широкой подземной дороги. Конечно, кроме полуночницы. Домовой поморщился и короткими руками откинул с лица растрепанные волосы.

— Мне чертовски нужно выпить, — сказал он наконец. — А тебе нужно открыть глаза. Не все, кто выполняет твои приказы, находятся здесь по доброте душевной или добровольно.

— Харгрим такой? — спросил я, проверяя его.

— В имперском обществе было три привилегированные касты. Старейшины, или Старшая кровь.

— В чем разница?

— Старейшина Крови не всегда является Старейшиной, — ответил Матвей.

«Верно. Это какое-то дерьмово-странное правило,» — подумал я.

— А какие остальные?

— Избранные. Древние родословные, которые получили свое положение благодаря заслугам. Обычно классы воинов, или Охотников. И, наконец, Ремесленники — кузнецы, архитекторы, барды…

— Барды?

— В песне есть сила, Владислав.

— А как насчет остальных людей? — спросил я.

— Они были выше людей, но они стояли далеко от высших каст. Некоторых просто вышвырнули, а другие так и не вышли из леса.

— Звучит заманчиво, — прокомментировал я. — На самом деле, примерно так мы и поступаем.

— Люди не держат рабов, Владислав.

— Степняки так делают, — возразил я.

— Это имперский обычай, — проворчал Матвей.

— Так к чему ты клонишь, домовой? Харгрим был рабом, — сказал я.

— Был Владислав. Затем он стал имперским кузнецом. И Филимон тоже, — объяснил Матвей и повернул голову, чтобы свирепо взглянуть на старика, который незаметно подошел к нам и подслушивал наш разговор.

— Матвей прав, Владислав, — сказал Филимон с легкой усмешкой. Его лицо выдавало возраст, когда он не пользовался гримом. — Мы имперцы. Вознагражденные бывшие рабы — еще большие фанатики, это ты хочешь сказать, не так ли?

— Ты убийца, имперец, — сказал Матвей.

— Я хочу, чтобы Владислав добрался до места назначения, — ответил Филимон, как обычно, увиливая от ответа.

— Почему?

— Почему ты хочешь отомстить за своих любимых? Найди некроманта, который это сделал, и убей его насмерть? — спросил Филимон, и Матвей так сильно заскрежетал зубами, что я услышал его за метр.

— Я поклялся сделать это, черт возьми!

— Как и я, — просто ответил Филимон. — У каждого есть своя миссия, Матвей.