Эпоха Опустошителя. Том II

Бастион Западный Предел за несколько секунд начал превращаться в самый настоящий могильник.

– УХОДИМ, ПАРНИ, УХОДИМ! – словно безумный рявкнул я. – ЗА МНОЙ! НЕ ОТСТАВАЙТЕ! РВЁМ КОГТИ В ДЕРЕВНЮ!

Протест активировался в тот самый миг, когда рухнули все массивы. Сейчас я опирался лишь на него, чтобы вывести ребят из-под нескончаемой огненной бомбардировки. Причем бежали из крепости не только мы. Ноги уносили все, кто мог это делать.

В процессе побега показалось, что я заметил силуэты Танара и Марии с Йоргосом, но далее всё заволокло дымом, а в нос ударила вонь от горелой человеческой плоти.

Опираясь на сенсорное поле ауры я и сам не заметил, что в какое-то из мгновений ноги привели меня к одному из ветхих домишек. Хватило одного удара ногой, чтобы напрочь снести двери и ворваться внутрь, а ответом же мне был один девичий вскрик и несколько детских. Одного взгляда стало достаточно, чтобы разобраться в ситуации.

На языке вертелось несколько «ласковых», но завидев перепуганных до смерти беспризорников, изо рта вырвалось совсем иное:

– Поторапливайтесь! ЖИВЕЕ!

– Что с бастионом? – раздался взволнованный голос дриады, которая спешно помогала одеться знакомой девчушке.

– Догорает! – мрачно заметил Рамас, стоя на улице и наблюдая за пепелищем, в которое превратилась крепость.

– Диана, быстрее! – раздался громкий баритон Аркаса.

Не знаю почему, но с каждой пройденной секундой протест всё сильнее пульсировал. Он будто запустил таймер, который отсрочивал жизнь своего владельца. И как оказалось далее всё это было не зря.

Опасность стала по-настоящему осязаемой. Не оставалось ничего больше, как тотчас обратиться к проклятому наследию, чтобы хоть как-то вытерпеть нарастающую пытку в голове.

Первичное состояние неистовства…

Однако это не помогло. В одно из мгновений боль в затылке стала такой, что, не выдержав её напора я невольно пошатнулся и всем телом оперся на стену хибары и это не укрылось от взгляда окружающих.

– Ранкар, что с тобой? – переполошился Цуг, резко подскакивая ко мне и придерживая за плечо.

Вот только помимо переполошившихся голосов ребят, из-за обострившихся чувств я услышал еще два голоса. Голоса, которые находились выше. Гораздо выше.

– Мою дочь удерживают именно здесь, – прошелестел неизвестный бас. – Я чувствую это.