Новый человек в Шахризаре.

Мальчика лежал на боку, в плече и голове у него торчали стреломётные болты, под телами натекли изрядные лужи крови, уже успевшей подсохнуть.

– Да кто же они таки?! – спросил караванщик, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Похоже, этот отряд охранял мальца, а эта была его персональным телохранителем. – Саид указал на женщину. – Она сражалась до конца, прикрывая парня – видите, перстни у неё на пальцах? Бьюсь об заклад, это разряженные боевые артефакты, а рунная вязь по лезвию сабли говорит, что и она была тоже заряженной магией.

Колдун наклонился над мертвым телом и провёл рукой.

– Да. Есть слабые эманации, это магические вещицы, трогать их я бы не рекомендовал. Вдруг их защитили от кражи – тогда даже крох маны, которые остались, хватит, чтобы оторвать руку.

– Тогда я вообще ничего не понимаю! – всплеснул руками караван-баши. – Сначала предположил, что это кочевники между собой что-то не поделили. Есть тут пара племён, что блуждают по Центральной пустыне, якобы пасут верблюдов, а на самом деле смотрят, чем бы поживиться.

– Конечно. Но такого оружия и магической поддержки у кочующих голодранцев отродясь не было. Придел, на что они способны, это внезапно напасть на не большой караван со слабой охраной и угнать десятков-другой гружёных верблюдов. Здесь же три с лишнего десятка опытных бойцов были уничтожены за очень короткое время, многие не успели даже обнажить оружие.

– На одежде нет герба или знака принадлежности наёмному отряду, – продолжил рассуждать караванщик.

– Может, в торговых городах опять война купеческих семей?! – спросил воин главу каравана. – И эти решили укрыться у нас в Шахризаре, пока там делят власть и влияние.

– Нет. Пока мы были в Тримусе, я ни о чём подобном не слышал, а наши торговые партнёры наверняка предупредили бы, начнись что-нибудь подобное. Да с последней войны прошло всего три года.

Пока маг колдовал над телом мертвой наемницы, пытаясь безопасно снять с неё разряженные артефакты, а караванщик и начальник охраны спорили и рассуждали о принадлежности убитых, к ним незаметно подошёл ещё один человек – путешественник, что в прибрежном Тримусе купил место в караване.